Наверх
Вход

Яблоко от яблони…

15 династий талантливых «отцов и детей» Голливуда

Скрипач не нужен!

10 самых ненужных ремейков

Отказники: Хит Леджер

14 фильмов, в которых мог сыграть Хит Леджер

Двум смертям не бывать

13 способов встретить конец света

Пять вечеров

Забытое кино на каждый день недели
График сериалов
ВКонтакте Facebook Twitter 2do2go
Билеты
  0  

Девочка ищет отца

23.01.2002  Текст: Татьяна Немчинская
"СК-Новости", номер 120-121

Татьяна Немчинская: Марина, не случайно у меня возникло ощущение хуциевской, гребневской или даже казаковской интонации от Вашего сценария «Зависть богов»?
Марина Мареева: Не случайно, потому что я очень люблю и «Июльский дождь», и Шпаликова, и вообще я человек достаточно старомодный. А «Июльский дождь» для меня -- образец настоящей мелодрамы.
Т.Н.: В Ваших фильмах обычно играют очень хорошие актеры, им всегда есть где развернуться. В последней картине «Наследницы» совершенно блистательно сыграла большая русская актриса, единственная и неповторимая в своей индивидуальности -- Лидия Смирнова -- и сыграла после огромного перерыва. Так что Вы, как сценарист, совершили хороший поступок, дав зрителям еще раз увидеть любимую актрису, а самой Лидии Смирновой -- еще раз появиться на экране.
М.М.: Кроме того, я поработала с талантливым режиссером Эльером Ишмухамедовым (автором «Влюбленных» и «Нежности»), который тоже давно ничего не снимал в большом кино. Я просто счастлива, что мы соединились в общей работе.
Т.Н.: Мне кажется, что по тональности тех его старых фильмов, которые мы все помним и на которых выросли, Ишмухамедов -- очень Ваш режиссер?
М.М.: Да, это мой режиссер. Хотя после работы с Владимиром Меньшовым на «Зависти богов» и с Романом Балаяном на фильме «Две луны, три солнца» я себе сказала, что с большими мастерами больше не работаю. Я благодарна им обоим, это были две очень значимые для меня встречи, но… Не сложилось. Мощные личности, мощные харизмы, но, как следствие -- властный, авторитарный стиль общения с автором. Тем не менее, подчеркну: каждому из них я благодарна. Каждый из них многому научил меня в профессии.
Т.Н.: Но ведь и Ишмухамедов -- мастер. Может быть, те режиссеры, с которыми Вы работали раньше, были не совсем Ваши режиссеры? Такое ведь случается, и часто.
М.М.: Да, думаю, что так оно и есть. Ишмухамедов -- несомненно, мастер, и при этом он чрезвычайно лоялен, гибок и уважителен к драматургу. Я считаю, что это -- качество настоящего художника. В общем, что говорить, Эльер -- это золото, и мы сделали с ним, по-моему, неплохое дело.
Сейчас я хочу немного поменять вектор. И, может быть, «Наследницы» -- это последний мой опыт «женского» кино, от которого я немного подустала и к которому теперь долго не буду возвращаться. Но, как говорят, не зарекайся…
Т.Н.: А началом Вашего «женского» кино было?..
М.М.: А началом была «Королева Марго», картина, которую мне стыдно называть своей, хотя это тоже моя жизнь, мой опыт. Фильм очень плох, и, видит Бог, в очень большой степени по моей вине. Меня просто придавило тогда этой стопудовой громадиной, именуемой Дюма. Сценарий получился тяжеловесным и многословным, а фильм -- целлулоидной, игрушечной историей, не имеющей никакого отношения ни к Дюма, ни к Франции. Единственное, что там настоящее -- это очень сильная работа Сергея Юрского, и моя авторская гордость в том, что я, в значительной степени переписав его роль, постаралась из откровенного злодея-негодяя, как он задан в романе, создать образ умного, глубокого и страдающего человека, каким он и воплотил его блестяще в фильме.
Тем не менее, «Марго…» -- это мое начало и ниточка к следующей картине «Принцесса на бобах», на которой, как и в «Марго…», продюсером и исполнителем главной роли был Сергей Жигунов, сыгравший, я считаю, в этой картине свою лучшую роль.
Вообще, в картине получился тот замечательный дуэт мужчины и женщины, который я всегда предполагаю в своих сценариях, но, кажется, только в «Принцессе…» этот дуэт, наконец, состоялся. Там я почувствовала, наконец, ту самую искру, которая «зажигает» отношения между моими героями.
Т.Н.: Этот интерес к любовным парам Вам передали учителя?
М.М.: Возможно. Но прежде всего, мои учителя учили меня внимательнее всматриваться в жизнь и в людей. А училась я у очень больших мастеров -- у Евгения Иосифовича Габриловича и Семена Львовича Лунгина. Это была уникальная мастерская, единственная тогда во ВГИКе -- по уровню таланта и профессионализма мастеров. Я была счастлива учиться у них обоих. Меня любил и пестовал Лунгин, который меня очень многому научил, а Габрилович так просто указал мне путь, по которому идти, сказав: «Вот я пишу мелодраму в сюжете, и ты их пиши. Это твое». И вот, с его благословения, я и пишу всю жизнь свою мелодраму в сюжете.
Т.Н.: Вы сказали, что устали от «женского» кино. Каким же кино Вы теперь будете заниматься?
М.М.: Моя последняя картина, которую сейчас снимает на «Ленфильме» Сергей Снежкин, мне кажется -- уже немного другое кино. Называется она «Стойкий Оловянный Солдатов». (Я должна упомянуть рабочее название картины, на мой взгляд, совершенно чудовищное, Бог весть кем придуманное, -- «С Новым Годом!», иначе продюсер Сергей Аврутин перепилит меня бензопилой). «Солдатов…» -- это одна из частей андерсеновской трилогии, которые не связаны между собой ни героями, ни общей историей, но они связаны моей любовью к Андерсену. Иоганн Христиан -- великий писатель, и его великие сказки -- это сказки для взрослых. Сначала у меня была «Принцесса на бобах», прообразом которой была «Принцесса на горошине», а теперь я написала «Стойкого Оловянного Солдатова», прообраз которого -- тоже моя любимая сказка. Потом, Бог даст, будет еще «Казино »Снежная Королева«». «Принцесса..», «Солдатов…» и «Казино…» -- это три моих посвящения Андерсену и три совершенно современные мелодраматические истории с любовными треугольниками..
Т.Н.: Мелодрама, любовь… Нет, Марина, Вам все равно никуда от себя не уйти…
М.М.: Да, конечно. И все же, мне кажется, это уже не совсем женское кино, хотя главная героиня и здесь -- женщина. Но я впервые написала два таких мужских персонажа, которые раньше у меня плохо получались. В моих сценариях обычно мужчины слабее женщин, инфантильнее, не такие яркие, как их подруги, и всегда ведомые. А здесь, по-моему, мужчины у меня, наконец, получились, и я люблю их больше, чем свою героиню. Это для меня абсолютно новое.
И вообще, «Стойкий Оловянный Солдатов» -- это мой самый исповедальный, может быть, самый главный мой сценарий.
Т.Н.: А кто Вы по знаку Зодиака?
М.М.: По знаку я «Лев», а по году тоже не манная каша -- я «Крыса». То есть достаточно сильное сочетание. Но, с другой стороны, я также и «кошка», и «мышь» одновременно. Получается сочетание совершенно несовместимого. И эта моя внутренняя грызня, самоедство, самокопание, которое постоянно меня точит, предопределено гороскопом: я кошка и мышь в одном флаконе -- сама себя жру.
Т.Н.: И в Ваших героинях, по-моему, то же сочетание несовместимого -- ранимость и лихость одновременно…
М.М.: И расхристанность, и уязвимость.
Т.Н.: А кто играет в «Солдатове…»?
М.М.: Я чрезвычайно благодарна Снежкину за то, что он занимает в этой многонаселенной картине, в основном, молодых петербургских актеров, потому что, поверьте, петербургские актеры -- блистательные, совсем не хуже московских, а порой и получше, но при этом, в отличие от московских, совершенно не раскручены, никому не известны и, по большей части, никому не нужны. Сидят они в своем Питере, играют в своих маленьких театрах, снимаются в плохом кино и пропадают…
Т.Н.: Как в резервации. Один мой знакомый как-то назвал Питер социально-культурным заповедником.
М.М.: Конечно, как в резервации. И это мой любимый Питер… Я-то по маминой линии -- питерская, а по папиной -- сибирская.
Что же касается Снежкина… Я уже говорила о том, что мне очень не везет с режиссерами. Они все очень талантливые, яркие, но они не мои, может быть, за исключением Эльера Ишмухамедова. И однажды я решила, что сама должна найти себе своего режиссера. Три года назад в Выборге я посмотрела «Цветы календулы», надо сказать, без большого восторга. Но с первых же кадров у меня возникло ощущение, поначалу не очень ясное, чего-то очень мне близкого, и я как-то вдруг поняла, что это мой режиссер, вот мой -- и все. А потом я попыталась сформулировать, почему мой, и кажется, сформулировала точно.
Вы понимаете, меня всегда очень много, во всех смыслах. Меня все время надо втискивать в какие-то рамки, формы, желательно жесткие, а еще лучше холодные, потому что я сама -- температура кипения. Для нормального самочувствия мне, как автору, нужен какой-то противовес -- соавтор, но не просто хорошо владеющий формой, а чтобы за формой было что-то очень-очень мое, мне родственное. И в Снежкине, при всей холодности и даже манерности его «Календулы…», я почувствовала боль, нерв и очень близкое мне естественно человеческое.
Короче, я увидела «Календулу…» и поняла: это то, что мне надо. Дальше было так. Не познакомившись со Снежкиным в Выборге, но продолжая думать об этом режиссере, я просто каждому своему новому продюсеру говорила: «Снежкин, Снежкин, Снежкин». В ответ мне говорили: «У него чудовищный характер, он истерик, он тебя затопчет, замучит». Наконец, я встретила совершенно замечательного продюсера Сергея Аврутина, настоящего питерского интеллигента, который и познакомил меня со Снежкиным. И теперь мы вместе снимаем нашего «Солдатова…».
Наш разговор сейчас о моей новой большой картине, на которую я уповаю, -- это мой панегирик еще и продюсеру, потому что именно благодаря ему все и началось… Дело в том, что сначала «Стойкий оловянный Солдатов» был напечатан как роман в издательстве «Вагриус», но напечатан совершенно чудовищно. Он был «запечатан» в глянец, в дешевку, как дамский роман. После этого я навеки зареклась не работать не только с «Вагриусом», но вообще с каким-либо издательством.
Так бы бесславно и завершилась судьба моего нежно любимого «Солдатова…», если бы вдруг неведомый мне тогда продюсер Сергей Аврутин не выкопал этот роман из-под какого-то прилавка. Но он его достал, прочитал и как продюсер почувствовал в нем потенциал для большого и хорошего сериала. Потом три года он искал деньги на съемки, а когда, наконец, нашел, я сказала ему: «Сережа, а вот если бы Снежкин…». И все сложилось.
Мне в этой истории с двумя Сережами пока, тьфу-тьфу-тьфу, чрезвычайно везет. И вообще, Сергей -- мое «счастливое» мужское имя. И Жигунова, при всех наших сложностях на совместных работах, я часто вспоминаю с благодарностью. Ну, а сейчас с режиссером мне действительно повезло -- Снежкин очень талантливый человек.
Т.Н.: А кто играет героиню?
М.М.: Героиню играет Дина Корзун, одного из главных героев -- питерский актер Константин Хабенский, которым я просто восхищена. Первый раз я увидела его в спектакле в Театре Ленсовета. Что он вытворял на сцене! Он удивительно пластичен, совершенно себя не щадит, невероятно тратит душу и «физику». И к тому же он умен и по-настоящему породист, что встречается сейчас весьма редко.
Т.Н.: Такой настоящий ленинградский актер.
М.М.: Да. Насколько я поняла, Костя из хорошей, истинно интеллигентной питерской семьи, где дед -- профессор архитектуры, где знают и ценят книгу, где понимают, что такое традиция. И весь этот «бэкграунд», как говорят англичане, вся эта родословная в Косте чувствуется. То, что этот актер, с такой тонкой фактурой, таким нутром, играет, в основном, «Убойную силу», -- конечно, чудовищно. И, слава Богу, у него сейчас есть наша история про Солдатова, где ему есть что играть, есть где развернуться. И с Диной у них дуэт, кажется, сложился.
Второго героя играет тоже питерский театральный актер Артур Вахо, пока мало кому известный, но я прогнозирую: когда наш фильм состоится, его узнают все, это будет звезда. Он невероятно хорош собой, брутален.
Т.Н.: Кавказец?
М.М.: Нет, то ли латыш, то ли эстонец. Там много кровей намешано, такой яркий темперамент.
Т.Н.: А сейчас давайте вернемся к Вашим учителям, ведь от них идет ваше начало. Скажите, чем таким особенным они обладали, Габрилович и Лунгин, что необходимо иметь каждому сценаристу и чего, к сожалению, лишены многие из сегодняшних Ваших коллег? В конечном счете, страдаем мы все -- и артисты, которым нечего играть, и зрители, которым нечего смотреть. Ведь все растет из Слова. В чем этот заповедный секрет, который они Вам, наверное, передали?
М.М.: Конечно, этот «секрет», о котором Вы говорите, у них был. А в чем он? Как сказать?.. В большей степени меня, конечно, учил Семен Львович Лунгин, о котором, я считаю, надо чаще вспоминать. Сейчас его мало кто знает, а ведь он, вместе со своим другом и постоянным соавтором, сценаристом Нусиновым, создал классику нашего кино -- от «Мичмана Панина» до «Агонии», от «Телеграммы» до «Внимание, черепаха».
Поразительное дело, но Лунгин меня как бы ничему не учил специально. Он меня просто забрал из ВГИКа, чем и спас, поскольку во ВГИКе мне было очень неуютно. Я вообще по жизни -- человек-одиночка, отшельник: строем не хожу, в хоре не пою. Хорошо это или плохо, не знаю, но это так. Поэтому в большом вгиковском клане мне было неуютно. Когда Лунгин на втором курсе пришел к нам, он как-то сразу меня высмотрел и сказал: «Эту девочку я забираю к себе, мастерство она будет проходить у меня дома, а не здесь». Так что во ВГИКе я вообще почти не училась: то, что было обязательным, я пропускала, а мастерство проходила в старом московском уютном доме на Калининском.
Как проходили наши занятия? Периодически Лунгин призывал меня к себе и просто рассказывал разные байки. Именно от него я впервые услышала про очень многих замечательных людей. А как-то он мне сказал: «Ты пишешь под Эрдмана». А я и не знала, к стыду своему, кто такой Эрдман. У меня ведь помимо явно выраженной склонности к мелодраме есть еще и страсть к трагикомедии, которая, к сожалению, пока не очень выявлена в моих сценариях. А Семен Львович как раз мне ее и открыл, про меня же саму мне и рассказал.
Повторяю, он меня ничему специально не учил, но он учил меня видеть жизнь. Мы могли вечером выйти на улицу и просто гулять по Садовому кольцу. Мы неспешно брели по улице, и он мне говорил: «Посмотри на этого человека, посмотри, как он одет, как он идет, сумей увидеть его, придумай ему биографию, судьбу, придумай его историю, чтобы в нее можно было сразу поверить».
Т.Н.: Невероятно. Как Вам повезло с мастером! Он, как говорят в таких случаях, на крыло Вас поставил…
М.М.: Да, именно так -- на крыло поставил. Я его очень люблю, своего старого Учителя. Хорошо, что мы о нем заговорили. Когда я заканчивала ВГИК, у нас случилась совершенно нелепая размолвка. И будучи абсолютной дурой-максималисткой, я обрубила тогда наши отношения, как оказалось, навсегда. И он еще долго потом жил, и я знаю, что он заботился обо мне и пытался помогать через третьих лиц, и помогал, а я все продолжала быть надутой дурой и не хотела мириться. Наконец, через много лет я решила, что надо пойти и помириться, к тому же был повод -- его день рождения. Я придумала, как приду и какие слова скажу, и все это было очень похоже на мыльную оперу. Была зима, вот-вот день его рождения, я купила газету «Советская культура», открыла ее и… прочитала некролог…
Поэтому сейчас я рада, что могу об этом, наконец, сказать, потому что эта нелепая и ужасная история комом сидит во мне все эти годы и не дает покоя. Казалось бы, такая простая вещь -- помириться с человеком. Надо спешить это сделать, успеть объясниться, потому что жизнь очень короткая. Эта простая мысль пронзила меня тогда насквозь. В общем, эта история -- моя вина и моя боль. И может быть, сейчас, рассказывая о ней, я хоть как-то искупаю вину перед своим любимым Учителем -- Семеном Львовичем Лунгиным. Надо все делать вовремя.
Мне очень горько и от того, что вся моя киношная (я ненавижу это слово!) карьера началась уже после его смерти. И всякая моя удача или полуудача была бы совсем другой для меня, если бы он был жив и знал про нее. Я всегда вспоминаю о нем, когда читаю хорошие слова о себе или своем фильме. Я думаю: «Боже мой, Семен Львович этого не видел, этого не застал». Грустно, но вот такая история есть в моей жизни.
Т.Н.: И все же, переводя разговор в профессиональный план, Вы можете сказать, чему конкретно научил Вас Ваш учитель?
М.М.: И Лунгин, и Габрилович научили меня очень простым вещам: самое трудное, говорили они, уметь рассказать историю -- от начала и до конца, внятно и увлекательно. Во многом именно от них моя любовь к четким жанровым рамкам. Я приемлю и люблю кино сюжетное, демократическое, кино с хорошей, точно рассказанной историей. Мои мастера и учили меня тому, чтобы суметь придумать эту историю, а сначала придумать характеры. И тогда, говорили они, если они у тебя будут, а желательно, чтобы это были мужчина и женщина, ты увидишь, как они потянут эту историю, и она сама пойдет, сама будет выстраиваться.
Т.Н.: Потому что характер -- это судьба, а судьба -- это сюжет?
М.М.: Характеры -- это сюжет, совершенно верно. Поэтому мне всегда важно, как зовут моих героев, потому что и имя -- это тоже судьба.
Т.Н.: Вы имена подбираете своим героям по ощущению или по святцам?
М.М.: По ощущению, но потом выясняется, что выбранные мною имена абсолютно соответствуют их изначальным значениям. Вот, скажем, в «Солдатове…» я долго думала, как же назвать героиню, а потом поняла, что ее зовут Женя, потому что, во-первых, в ее характере много мальчишеского, а, во-вторых, Евгения в переводе с греческого -- «благородная». В моей героине должно быть сочетание внутреннего благородства, породы и мальчишества, авантюризма, расхристанности, как Вы говорите. Так родилось это имя. А иногда (я сейчас открою маленькую тайну) я называю героя по имени актера, которого хочу видеть в этой роли. Так, я назвала героя, которого играет в «Солдатове…» Хабенский, Кириллом, потому что очень хотела, чтобы эту роль сыграл не актер, но достаточно известный телевизионный «персонаж» Кирилл Набутов. Я писала именно его фактуру, его характер, психофизику, как я его чувствую. Получилось, что пришел совершенно другой -- Костя Хабенский. Но опять мистика, потому что Константин и Кирилл -- я читала где-то -- почти тождественные имена, имена-близнецы. Пришел не Кирилл, а Константин, совершенно другой фактуры, но прекрасно вписавшийся в мой замысел.
И в работе над «Солдатовым…» мне как никогда пригодились уроки моих мастеров об «истории» и «характерах». Ведь в 20-ти серийном «Солдатове…», как он у нас задуман, история может выдохнуться или зайти в тупик довольно быстро.
Т.Н.: В «Солдатове…» 20 серий? Откуда силы? Только за один год Вы написали 20 серий, а ведь это же 20 историй?..
М.М.: За этот год, страшно выговорить, кроме «Солдатова…» я написала еще две серии для Эльера Ишмухамедова, два варианта сценария для Романа Балаяна и сценарий криминальной мелодрамы «Убить вечер», который, Бог даст, будет продюсировать Сергей Жигунов, он же сыграет главную роль.
Т.Н.: Облегчало ли Вам работу над «Солдатовым…» то обстоятельство, что Вы писали для Вашего режиссера?
М.М.: Несомненно, поскольку Сергей -- режиссер моего поколения, хотя немного старше меня. Это важно -- одно поколение, один язык, один близкий опыт. И по тому, как он работает с моим сценарием, я вижу, что это тот самый, мой масштаб, мною заданный.
Т.Н.: Вам, наверное, нужен такой режиссер, который, как отец, все лучшее отберет, отшлифует.
М.М.: Да, да, именно как отец. Мне когда-то Габрилович так и сказал: «Ищи своего режиссера, как отца». Помните, было такое старое кино «Девочка ищет отца»? Я засмеялась тогда: «Какого отца?». А Габрилович мне говорит: «Режиссер должен быть для тебя как отец. Ты должна доверять ему всецело». И потом я действительно искала в режиссере не друга, не соратника, не брата, а именно отца.
Т.Н.: А какую роль в этой вашей «иерархии» играет продюсер?
М.М.: Ну, скажем, Аврутин -- «барин», хороший барин, добрый, разумный, справедливый. Вот он «приедет и рассудит» -- профессиональный, грамотный, умница. Я как сценарист вообще очень сильно завишу от продюсера. В моей судьбе все всегда решали продюсеры: Сергей Жигунов в «Принцессе на бобах», Сергей Аврутин в «Солдатове…», Александр Голутва, когда-то «давший добро» на лучший мой фильм «Тоталитарный ромн», Виктор Глухов, с которым я давно хотела работать и который, надеюсь, будет продюсером на моей новой картине, где главная роль предназначена для одного из самых знаменитых ленинградцев.
Т.Н.: Снова Питер. Не отпускает Вас этот город.
М.М.: Судьба…




Комментарии

Пользователи еще не оставили комментариев.


Добавить комментарий
Аватар пользователя Гость
Войдите на сайт



Зарегистрируйтесь
Войдите через социальную сеть