Наверх
Фильмы 2017 Невеста Притяжение Звонки Лего. Фильм: Бэтмен На пятьдесят оттенков темнее Джон Уик 2 Великая Стена Обитель зла: Последняя глава Защитники
Да пребудет с вами Сила.
12 актеров, для которых 2017-й станет прорывным
Излишества нехорошие.
10 известных актеров, снимавшихся «под кайфом»
Погасшие звезды.
10 талантливых актеров, ушедших из жизни слишком рано
Повелители времени.
10 знаменитых актеров, которые выглядят моложе своих лет
Хотеть не вредно!
10 самых странных запросов голливудских звезд

Евгений Юфит: Cтрасть к черному юмору

Евгений Юфит

Евгений Юфит

«Евгений Юфит: небольшая ретроспектива». Так незатейливо назывался показ фильмов отца-основателя некрореализма в Нью-Йорке, в «Антолоджи филм аркайвз» - киноцентре, специализирующемся на авангардном и экспериментальном кинематографе всех времен и народов.

Куратор программы Маша Годованная включила в нее самую известную, правда, в очень узких кругах, среднеметражную ленту Юфита «Папа, умер Дед Мороз» (1991), а также «Деревянную комнату» (1995), «Санитары-оборотни» (1984), «Рыцари поднебесья» (1989), «Дровосек» (1985), «Вепри суицида» (1988), «Весна» (1987).

«Санитары-оборотни» - первый из фильмов Евгения Юфита, в котором проявились эстетика некрореализма и черный юмор«, - говорится в аннотации к программе. »Медитацией по поводу сложных, переменчивых отношений между кинотворцом и предметом его интереса, притчей-предостережением художникам, слишком увлекающимся своей темой«, назвала »Деревянную комнату« американская киногазета »Вэрайети«.

Легендарный идеолог и практик американского киноавангарда Йонас Мекас, основатель »Антолоджи филм аркайвз«, сказал после показа: »Я думаю, то, что мы увидели, очень хорошо«. В устах Мекаса, скупого на комплименты, это наивысшая похвала.

Зрители с интересом расспрашивали организатора показа Машу Годованную о творчестве Юфита, о том, как он начинал, кто его учителя, как его принимают в России. Во время демонстрации »Папа, умер Дед Мороз« пленка порвалась, и фильм показывали частями по 10 минут с 3-минутными перерывами на перезарядку. Но никто не ушел из зала.

Во время пребывания Евгения Юфита в Нью-Йорке мы встретились и побеседовали с ним.

- Вопрос простой и сложный: что такое некрореализм?

- В середине 80-х годов в Санкт-Петербурге сформировалась группа художников, поэтов, писателей, кинорежиссеров - всех, кто был связан с экспериментом, андерграундом. Тогда все было нелегально, выставки проходили подпольно в домах культуры. Перестройка только начиналась. Идеологическая цензура была снята только в 1987 году. Движение некрореализма строилось на столкновении противоречий. Некро - это отсутствие жизни, а реализм - ее присутствие. Нет четкого определения некрореализма, это лишь слово, ярлык.

- А это вы придумали термин?

- Придумал я. В наших произведениях присутствует тема смерти. Но мы натуралистично смерть не показываем. Это философские размышления, ассоциативные построения. В моих фильмах нет ясного сюжета. Это свободные импровизации, полет фантазии. В них есть проявления социальной действительности и влияние немецкого экспрессионизма и французского сюрреализма 20-х годов. Немое кино того периода меня очень притягивает и интересует. Мои фильмы тоже черно-белые. Звук и цвет, появившиеся позже, сузили, на мой взгляд, диапазон художественного творчества. Немое кино, без звука и цвета, имеет значительно больший художественный потенциал. К видео я отношусь достаточно скептически. Для меня это не более чем информация.

- А как на вас повлиял Ленинград-Петербург? Я знаю, что магия этого города оказала воздействие на самый широкий спектр авангарда - от поп-механики до Митьков…

- Дух Петербурга сильно отличен от московского. Петербург всегда тяготел к более экстравертному авангарду. Некрореалисты сотрудничали с Курехиным в течение 10 лет, делали совместные шоу. И с Митьками у нас были дружественные отношения. Во Дворце молодежи проходили ежегодные выставки товарищества экспериментального искусства, в которых участвовали представители андерграунда. В Клубе-81 показывались фильмы, выступали поэты и писатели. Середина 80-х - подъем, пик энтузиазма, борьбы с цензурой, репрессиями. Совместное существование в подполье во многом цементировало художественную среду. Потом, когда давление спало, многие группы развалились.

- Ваша личная биография как-то повлияла на то, что вы сосредоточились на достаточно мрачной стороне существования?

- Я не могу согласиться, что эта сторона мрачная. Напротив, отторжение мрачного приносит радость и веселье. Смерть в некрореализме не натуралистична, в ней нет ничего отвратительного. Нет ни выстрелов, ни убийств, ни крови. Это гротеск, пародия, черный юмор. Циничное отношение к своей жизни вообще присуще русскому менталитету. Интересный коктейль, который никто прежде не делал. По натуре я достаточно веселый человек. У меня всегда была страсть к черному юмору, к анекдотам.

- Публика адекватно воспринимает ваш черный юмор?

- Я никому не навязываю свою точку зрения. Мои фильмы свободно ассоциативны. Каждый зритель воспринимает их в силу своего интеллекта, эстетического опыта, психологических качеств. Он может и смеяться, и плакать. В зависимости от настроения или погоды те же самые люди, которые смеялись, начинают плакать или раздражаться.

- Выбор тем, персонажей, реалий, допустим, санитаров-оборотней или ученых, проводящих странные секретные эксперименты, - откуда это? Может, вы в свое время начитались книжек про майора Пронина?

- Я не стараюсь анализировать, что откуда берется. Про майора Пронина я не читал. Конечно, повлияли впечатления детства. Кроме того, я интересовался сайенс-фикшн, советской и американской фантастикой 50-х годов.

- Вы имеете в виду фильмы типа »Вторжение похитителей тел« /Invasion of Body Snatchers/? Фильмы класса B и C?

- Да-да. Возьмите еще классические немые фильмы Фрица Ланга - »Метрополис«, »Завещание доктора Мабузе«. Очень странный коктейль.

- Вы отец движения. А есть у вас последователи, так сказать, когорта некрореалистов?

- В этом движении за последние десять лет задействованы десятки, а может быть, и сотни людей. Но я цементирую все движение.

- У вас общество типа масонского или как Союз кинематографистов?

- Жесткой структуры нет. Как в моем кино, все свободно. Никаких формальных взаимоотношений.

- К вам приходит режиссер и говорит: »Я некрореалист«. Показывает свой фильм. А вы ему: »Нет, иди прочь, это не некрореализм«. Существуют ли опознавательные знаки движения?

- Существуют, и достаточно простые. Свободно-ассоциативное прочтение того, что вы видите. Элементы черного юмора, комедии абсурда. Приоритет изобразительной природы кинематографа над рассказом. Стремление к чистому кинематографу.

- Я почти уверен, что под вашими словами подписались бы сторонники »Догмы«, последователи Ларса фон Триера. Они тоже за чистый кинематограф…

- Согласен. Под идеей чистого кино подписался бы любой режиссер авангарда 20-х годов, 60-х годов. Но если говорить об отличиях, в моем творчестве очень сильно присутствуют элементы черного юмора и социальные мотивы российской действительности, под которыми фон Триер подписаться не может. Это моя индивидуальность.

- Не возражаете ли вы, когда ваше творчество характеризуют как стеб?

- Я ориентирую свои фильмы на любого зрителя, на любой диапазон
восприятия. Элементы черного юмора, комический гэг простой зритель может назвать стебом, а более искушенный зритель проанализирует и назовет иначе.

- Есть люди, которые считают, что ваше кино непрофессионально. Дрожащая камера, тусклое изображение, сюжетная невнятица, косноязычие. Они говорят: »А может этот режиссер сделать нормальное жанровое кино?«.

- Последняя моя картина »Серебряные головы« - компромисс между жанровым, сюжетным кино и авангардом. Есть разработанные персонажи, актерские характеры. Если поставить задачу сделать жанровое кино, я бы с ней справился. Другое дело, что на данный момент мне это неинтересно. Это не мое.

- Александр Сокуров и Олег Ковалов. Два питерских режиссера, работающих тоже в маргинальной зоне. Как вы относитесь к их творчеству?

- У Сокурова мне очень нравится фильм »Камень« 1991 года. Он снят в призрачной экспрессионистической манере. Изобразительно я его оцениваю очень высоко.

- А я, грешным делом, подумал, что он вам нравится как некрореалисту, потому что там Чехов вылезает из могилы…

- Это совершенно не так. Я воспринимаю этот фильм в отрыве от сюжета… Что касается Ковалова, он пытается сымитировать немецкий экспрессионизм. Это сознательно-аналитическая работа. Я же питаюсь более зыбкими, более неопределенными впечатлениями.

- Вы ходите в кинотеатры? Смотрите нормальное кино?

- Если вдруг попадается по телевидению, я какое-то время выдерживаю.

- Но в кино ходите? Может быть, по принципу »врагов надо знать«…

- У меня нет врагов. Для меня то кино - просто другой полюс, такой же, как ядерная физика. У меня нет никакого раздражения и антагонизма.

- А удовольствие вы можете от того кино получать?

- Режиссеру вообще очень сложно получать удовольствие от кино. Начинаешь сразу анализировать, как сделано то или это.

- Как воспринимают ваши фильмы в Америке, какая реакция?

- Реакция, как и в России, противоречивая. Часть публики эмоционально реагирует. Часть - недоумевает. В Германии, где я делал много показов, аудитория более холодная. Лучше всего воспринимают в Голландии и России. В Музее современного искусства в Нью-Йорке, где я показывал свои фильмы в 1997 году, процентов 30 зала были русскоязычные зрители. Они эмоционально воспринимали фильмы, смеялись, аплодировали. Какая-то женщина вскочила, стала на меня орать, зачем я такую дрянь сюда привожу, позорю нашу Родину.

- А что вы ей ответили?

- Наша Родина - Земля (смеется).

- У вас постоянная съемочная группа?

- Состав группы частично переходит из картины в картину. Все понимают
друг друга. Так легче работать.

- Каковы бюджеты фильмов?

- Бюджеты очень маленькие. Очень многое, в том числе техника, идет бесплатно. Часть оборудования я беру у своих знакомых, в каких-то учреждениях. Неизбежные затраты - это пленка, ее проявка, транспорт, минимальные гонорары актерам. Многие готовы работать бесплатно: это интересно и весело. Нет ощущения занудства.

- Никакого метода Станиславского…

- Метод есть, но другой.

- Прозаический вопрос: можно ли прожить на дивиденды от некрореализма?

- Я рекламные клипы не снимаю и в офисе не сижу. На данный момент пока удается прожить.

- Какие у вас дальнейшие планы?

- Я уже снял процентов 50 для новой картины. Рабочее название »Коснись меня, молния". Она более поэтична. Действие происходит на фоне девственной природы средней полосы России…

- Шаг к Евгению Матвееву, чуть-чуть?

- Я недосказал. Это условный мир главной героини, антрополога, сфера ее интересов - происхождение человека. Она выдвигает свои радикальные гипотезы происхождения человека, не находящие поддержки в научном мире. Окружающая ее природа - иллюзорный мир, куда она хочет вернуться. Как всегда в моих фильмах, концовка неопределенная. То ли героиня попала в мир своих грез, то ли сошла с ума, то ли что еще.

 28

Комментарии

Пользователи еще не оставили комментариев.


Добавить комментарий
Аватар пользователя Гость
Войдите на сайт



Зарегистрируйтесь




 


Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть