Рецензия на фильм «Заложник»

Если слить "Переговорщика" /Negotiator, The/ (1998) с "Один дома" /Home Alone/ (1990), капнуть "Сотовый" /Cellular/ (2004) и сразу оба "Нападения на 13-й участок" (старое и новое), точный вкус "Заложника" Флорана Эмилио Сири все равно не передашь, хотя от слива в любом случае положительных эмоций не возникает. Такое впечатление, что ученик Ромера, продвинутый французский детективщик ("Осиное гнездо" /Nid de guepes/ (2002)), дебютируя в Голливуде, просто вспомнил и перечислил все американское кино, которое когда-либо смотрел. Причем вспомнил с тоской, а перечислил машинально, упаковав это дело во вторсырье. "Осиное гнездо" тоже начиналось когда-то актуально-реалистически, а кончалось первобытным хаосом и разрушениями.

Единственная заслуга Брюса Уиллиса за всего этого "Заложника" – что в начале ему приклеили седую бороду, сделав неузнаваемым, что неожиданно. Больше неожиданностей нет. Провалив по доброте душевной спасательную операцию и наткнувшись на детский труп, опытный переговорщик, как это водится в Голливуде, тут же бросил работу и уехал шерифом в провинцию. Там он шутит в участке и молчит в собственной семье, навещающей его по выходным. Но однажды в участке раздается тревога: захвачен один из частных загородных домов. В этом доме – подозрительный папаня со старшей дочкой и младшим сыном, а захватили их трое буйных юных недоносков. Ясный пень, надо освобождать, но если это – вся история, ей за все про все накинь полчаса. Фильм длится два часа, поэтому подозрения насчет папани разрастаются в страшную тайну мафиозных банковских вкладов, заключенную на CD-диске, который наш переговорщик типа шериф теперь вынужден добывать. Ведь мафия взяла в заложники его собственную семью, точно так же как юные недоноски взяли в заложники ту мафиозную семейку. Все это – не спойлер, а ясность с самого начала. Видно, Флоран Эмилио Сири решил на чужой территории замахнуться сразу на всю "энциклопедию американской преступности": тут она вам и организованная, и молодежная, и полиция – дура, и маньяк затесался, и корень зла непознаваем.

Недоверие к подобному замаху растет тоже с самого начала. Полисменша с простреленной в двух местах грудью не просто ползет по-пластунски стометровку. Когда к ней подъезжает Уиллис, чтобы "спасти", первым делом он хватает ее за руку и затаскивает в машину. Естественно, полисменша тут же отмучалась, но почему-то убийцей Уиллис считает маньяка, а не себя. Захват особняка происходит при свете дня. Тогда же и врезали подозрительному папане, так что он рухнул и не шевелился. Операция по освобождению заложников начнется глубокой ночью. Папаня по-прежнему не шевелится. Как бы сильно тебе ни врезали, хоть мозги вышибли, ножкой все равно за полсуток дрыгнешь, просто когда отходишь. Не дрыгнул ни разу, однако выжил, да так, что еще через час встал и пошел на своих двоих и по-спортивному ловко не поймал в массовой перестрелке ни одной пули. Переговоры с одним юным недоноском Уиллис в самый пиковый момент ведет, будто на пляже загорает: лениво, с кучей лишних слов, с многозначительными паузами. Впрочем, точно так же он по мобильнику беседовал с младшим сыном подозрительного папаши, развернувшим бурную деятельность в вентиляционной системе: не то что не наращивая темп, заданный умным мальчиком, а замедляя его до полной неподвижности, будто двоечник у доски. Итог – ценная информация: "Они видят все наши действия по системе видеонаблюдения". Без всякого мальчика и мобильника об этом можно было догадаться, когда юные недоноски нажали на кнопку "круговой обороны дома". Тогда было даже одно обоюдное остроумие. "У, буржуи проклятые…" – говорит и сам недоносок, и Уиллис с биноклем.

Но, короче, на все кино остроумие было одно, больше не было, а вот сюжетных, стилевых, ритмических и психологических нестыковок – море разливанное. Верней, пожар. Все кончится пожаром. Под конец уж смеялись в голос. Все скучнее и скучнее, все смешнее и смешнее. Уиллис в полном обмундировании заходит в дом, как Шварценеггер, секундой позже начинает плакать. Это не Шварценеггер. Это он в "стомильонном экшене" плюс "стильном психотриллере" еще решил капнуть мелодрамы. И, думаю, сто миллионов бюджета – это то, что сгорело при пожаре. Ни вертолет не разбился, ни одна машинка не рухнула со скалы, хотя скалы наличествуют, ни барабашка не материализовался, чтобы, наконец, включить CD-диск со страшными тайнами мафиозных банковских вкладов – в общем, ничего, на что приличный Голливуд обычно тратит деньги. Только пожар в каменном мешке. Хотя тоже вопрос, чего оно все так горело, где бензину взяли. Вроде не сливали в кадре. Ну, нет, все же много вопросов: а как в жизни, собственно, решается, кто главнее, шериф или ФБР? У них конституции двести лет и три сотни поправок, и что, до сих пор не решается никак? Или чем они удостоверяют, что это ФБР, а это – "Черная кошка"? Пошел-купил камуфляж, и уже – не "Черная кошка"? Больше ничего не надо?

Хуже, чем в "Заложнике", Уиллис не играл никогда. Флоран Эмилио Сири в душе явно является патриотом.

Он так хотел домой, во Францию, что выдал Голливуду даже не супчик из "Переговорщика" с "Один дома", а чистый цвет детской неожиданности.

Текст: Екатерина Тарханова