Наверх
Фильмы 2018 Великий уравнитель 2 Хищник Проклятие монахини Агент Джонни Инглиш 3.0 Непрощенный Профессионал Тайна дома с часами Человек, который убил Дон Кихота Поиск

Рецензия на фильм «Операция “Шаровая молния”»

Существенно обновленная и расширенная, но все еще недостаточно глубокая попытка проанализировать истоки и результаты одной из самых дерзких контртеррористических операций в истории.

7
оценка

Лето 1976 года. Ведущие непримиримую борьбу за права Палестины противники государства Израиль испытывают острый дефицит поддержки, новых кадров и внимания со стороны далеких от Ближнего Востока стран. Дабы в очередной раз заставить обратить на себя взор дипломатов всего мира, группа палестинцев и два немецких радикала организуют угон самолета, летящего из Парижа в Тель-Авив. Захваченный лайнер совершает посадку в африканской Уганде, и более сотни заложников, среди которых много израильтян, оказываются в плену у террористов и угандийской армии, чей лидер Иди Амин планирует получить собственную выгоду от выдачи заложников. Перед правительством Израиля и лично премьер-министром Ицхаком Рабином встает непростой вопрос: вести ли с захватчиками переговоры или предпочесть силовой захват. Пока политики обсуждают возможности торга, армия готовит дерзкую операцию по проникновению на территорию чужой страны и обезвреживанию террористов.

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Единственным погибшим в ходе операции израильским военным оказался подполковник Йонатан Нетаньяху. Его младший брат Беньямин спустя некоторое время посвятил себя политике и в 1996 году вошел в состав правительства Израиля. В настоящее время он занимает пост премьер-министра страны

Проведенная в 1976 году израильским спецназом и армией операция «Энтеббе» (или операция «Шаровая молния», как ее называют в некоторых источниках) вошла в историю не только как редкий по своей удаче ответ на теракт – всего пятеро погибших со стороны заложников и сил освобождения против катастрофического провала, например, мюнхенской трагедии 1978 года, – но и как небывало дерзкий выпад вооруженных сил одной страны на территории другой, шутка ли, четыре военных и транспортных борта залетели в чужой аэропорт, фактически захватили его, взяли, что было нужно, и улетели. Успех в осуществлении освобождения и минимальные потери на долгие годы сделали историю рейса 139 образцом героизма, о Энтеббе по горячим следам сняли сразу три художественных фильма, но затем о головокружительной операции забыли на долгие 40 лет – у планеты появились другие проблемы, иные очаги конфликтов, новые герои и парии.

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Интерес к операции «Шаровая молния» возродился в 2015-м, когда гриф «секретно» был снят с части документов израильского правительства и спецназа и мир получил возможность под иным углом взглянуть на историю. Вполне логично на этом фоне снять кино, чем и занялся постановщик Жозе Падилья, автор дилогии «Элитный отряд» и ремейка «РобоКопа», но, несмотря на существенное отличие атмосферы новой ленты от того, что было показано в картинах 1976-1977 годов, расширить горизонт вопросов авторам «Операции “Шаровая молния”» не удалось, кино хоть и делает попытки придать объема основным действующим лицам, эффекта разорвавшейся бомбы («в мозгах обывателей», как об этом мечтает один из персонажей) не производит.

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Проблема здесь в том, что Падилья вместе со сценаристом Грегори Бурком подошел к своим героям слишком формально. Их террористы теперь получили мотивы и некоторую предысторию, тогда как раньше их предпочитали считать обычными фанатиками, но эти мотивы до банальности просты – кто-то мстит за семью и погибших друзей, кто-то верит в «мировой пожар революции», у кого-то в голове конфликтуют понятия гуманизма и насилия. Объединяет их нежелание доводить до крайности, террористы в фильме не спешат с убийствами заложников. Увы, но зрителя этим растрогать не получается, как ни стараются Даниэль Брюль и Розамунд Пайк, сыгравшие роли немецких радикалов, присоединившихся к палестинцам, выглядит это как весьма неловкое обоснование ошибочности взглядов на природу терроризма. С другой стороны, немногим лучше и израильская сторона, где диалог между сторонниками силы и дипломатии скатывается к банальным формулировкам о том, что «переговоров не ведем» и «смерть заложников – это политическое самоубийство».

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Роль аэропорта Энтеббе сыграли воздушные ворота Мальты. По иронии судьбы спустя пару дней после окончания съемок фильма на этом летном поле приземлился захваченный ливийскими радикалами самолет. Как и в картине, террористы были вооружены гранатами и пистолетами

Вдобавок ко всему авторы делают довольно странный финальный вывод: после того как зритель видит триумфальное возвращение заложников и усталые лица победивших и вернувшихся спецназовцев, нам объявляют о пользе переговоров. Вот тебе и на – «наши» же только что победили, только что показали силу оружия и превосходства подготовки, и теперь стоит с террористами сесть за стол переговоров? Ничего не имеем против мирного решения проблем, но тогда подводить к этой мысли стоило экранизацией иных событий.

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Как бы то ни было, кино при всех этих парадоксах вполне себе смотрится – актерские работы здесь не самые впечатляющие, но часть сцен очень даже цепляют: диалоги героев Дени Меноше и Даниэля Брюля, трогательный телефонный разговор персонажа Розамунд Пайк. Временами картина склоняется к дешевым штампам вроде задумчивого взора Рабина на фоне рассвета или параллели между боевыми действиями и балетом, но ленте это придает красок и воздуха.

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Кадр из фильма "Операция «Шаровая молния»"

Не стоит ожидать от «Шаровой молнии» эффектных экшен-сцен – собственно операция по вызволению пленников занимает не более семи минут хронометража, при этом эффектно огибая большую часть смертей как среди террористов, так и среди заложников. Зато напряжение картина создает нешуточное – даже когда знаешь исход, стремительно утекающее время и растущий от этого эмоциональный заряд ощущаются физически, каждый новый день всем сторонам дается тяжелее предыдущего. Так что это скорее психологический триллер, чем боевик.

Наверное, от нового прочтения событий 42-летней давности многим хотелось бы чего-то большего, чем констатация и без того очевидных фактов, но на что-то серьезное у Падильи сил не нашлось. Да, в фильме есть пара шпилек в адрес французов, которые махнули рукой на свой самолет, и американцев, которые якобы предпочли бы гибель заложников любым переговорам, но это все – остальное лишь бахрома, прикрывающая так и не препарированную проблему вторжения, которое устроил Израиль. Но когда-нибудь снимут фильм и об этом, история любит повышенное к себе внимание.

С 5 апреля в кино.

Комментарии  34