Рецензия на фильм «Я создан для тебя» — фантастическую мелодраму о любви, сексе и роботах

Альма (Марен Эггерт) исследует клинопись, живёт, в общем-то, спокойной размеренной жизнью без второй половинки и не желает, чтобы в её уютный мир вторгался новый мужчина. Однако у судьбы (или подсознания?) другие планы: женщине нужно будет устроить тест-драйв Тома (Дэн Стивенс) — современного робота, который почти ничем не отличается от человека, а во многом даже его превосходит. Например, танцует румбу, цитирует Рильке или говорит на элегантном немецком с британским акцентом. А ещё запрограммирован так, чтобы полностью угождать хозяйке, ориентируясь на её предпочтения и сны. Исход, как видится, только один — упасть в объятия робота-соблазнителя, ведущего себя до бесчеловечности мило и приятно. Но Альма просто так сдаваться не собирается и сделает всё, чтобы железяка провалила испытания.

Немногим фильмам с прошедшего Берлинале удавалось выдержать тонкую грань между нарочито интеллектуальным и зрительским. Стояли особняком разве что Раду Жуде с «Неудачным трахом» или Ингвилд Све Фликке с «Ребёнком-ниндзя», а теперь вот можно добавить к этому списку и режиссёрку «Неортодоксальной» Марию Шрадер, в чьём фильме «Я твой человек» доминанта условно мейнстримного над условно фестивальным заметна ярче всего. Формально — сай-фай-мелодрама, но, само собой, всё сложнее, чем кажется. Не то чтобы Шрадер деконструирует жанр — скорее, напротив, оставляет героев на произвол его законов, складывает историю настолько, да, конвенционально, стандартно, узнаваемо, что это походит не на философскую страшилку Алекса Гарленда, а на бульварный роман.

Робот, разумеется, очарует бедную Альму — не говорите, что не догадывались: уроки научной фантастики и мелодрам не прошли бесследно. Хоть мы и осознали, что человеческая душа — потёмки, совершенно непредсказуемая субстанция, которая сама не знает, чего хочет, алгоритмы и программы расшифруют её неопределённость на раз-два. Тут Шрадер, кстати, интересуется не столько тем (хотя и этим тоже), насколько релевантно считать Тома личностью, а тем, где граница между чувствами настоящими и сконструированными, любовью, извините, из пробирки, подобранной по всем подходящим параметрам, и поэтикой чувств, случайных встреч и взглядов. Вопрос, как водится, открытый — продолжение в источнике не найти, даже если твой парень — сам ходячий Google.

Может показаться, что Шрадер лишена иронии, но это не так. Вот, например, всё та же бедняга Альма — учёная, разбирающая древние шифры, пытающаяся упорядочить знаки и символы, но не способная разобраться в себе и хотя бы в одном своём желании. Изначальная неприязнь к Тому, разумеется, неосознанна, имеет двойное дно, и эта попытка скрыться за безразличием и едким сарказмом зрителю понятна чуть ли не с первых минут. А потому и смешна. От любви — даже к чудаковатому герою Дэна Стивенса, не понимающему, почему всем так нравятся видео с падающими людьми, — не скрыться. А учитывая, что эта любовь приносит завтрак в постель и мастерски танцует румбу, не очень-то и хочется.

Шрадер делает всё, чтобы внешне научная фантастика никак не проявлялась: и лишает сеттинг футуристичности, и почти не акцентирует внимание на анатомических особенностях Тома, который, напомним, вообще-то робот в человеческой шкуре. Можно представить, что это просто фильм об идеальном мэтче в Tinder. Настолько идеальном, что партнёр выглядит как герой «Аббатства Даунтон» и может за секунду найти в Интернете забытое слово, которое мучительно вертится на языке. Не совсем ясно, как дальше сложатся отношения двух этих героев, но от зрителя «Я твой человек» точно должен получить свайп вправо.