Рецензия на хоррор «Тихая ночь, смертельная ночь»: Санта взял топор

В российские кинотеатры под зловещий звон рождественских колокольчиков спешит «Тихая ночь, смертельная ночь» — ремейк одноименного слэшера 1984 года, в котором костюм Санта-Клауса превратили в аналог маски Майкла Майерса. Разбираемся, удалось ли создателям перезагрузить легендарную франшизу и почему история про маньяка приобрела романтические очертания.

В канун Рождества маленький Билли Чапман (Роэн Кэмпбелл) лишается не только дедушки, внезапно проглотившего слишком много лекарств, но и родителей. На занесенной снегом дороге с ними жестоко расправляется мужчина в костюме Санта-Клауса. Впрочем, перед смертью мать Билли наносит убийце фатальную рану. Мальчишка как завороженный наблюдает за истекающим кровью маскотом Рождества, а затем происходит нечто, чей смысл зрители узнают лишь ближе к финалу. 

Повзрослевший Билли скитается по стране, перебивается поденной работой и нигде не задерживается подолгу. Прибыв в новое место, молодой человек устраивается в небольшую сувенирную лавку, которой управляют добродушный мужчина (Дэвид Браун) и его дочь Пэм (Руби Модайн) — девушка вспыльчивая, но обаятельная. Дружба между одинокими сердцами быстро перерастает в романтическую связь, и Билли всерьез раздумывает перестать бежать и остепениться. Правда, тотальному счастью мешает один нюанс: голос в голове парня, который требует от Билли каждый декабрь убивать.

Роэн Кэмпбелл в роли Билли на кадре из фильма «Тихая ночь, смертельная ночь»

Режиссер Майк П. Нельсон не новичок в реновации культовых хорроров прошлого — в его активе короткометражка «Сладкая месть», ставшая первым официальным шагом к перезагрузке франшизы «Пятница, 13-е». «Тихая ночь, смертельная ночь» Чарльза Селлера, премьера которой со скандалом состоялась в 1984 году, превращала любимца детей и один из главных символом Рождества Санта-Клауса в безумного убийцу с окровавленным топором. Идея оказалась настолько смелой, что прокат картины быстро пришлось отменить из-за многочисленных жалоб общественности. Впрочем, пуританские настроения не помешали успеху фильма, и моментально разросшаяся франшиза насчитывает уже шесть фильмов, последний из которых вышел в 2012 году.

Руби Модайн в роли Памелы на кадре из фильма «Тихая ночь, смертельная ночь»

Нельсон, в свое время уже вдохнувший новую жизнь в поистрепавшуюся серию «Поворот не туда», взял за основу ядро оригинала и полностью переработал концепцию. Так на свет родился странный гибрид слэшера и ромкома, лишенный некоторых важных элементов картины Селлера, но взамен гарантирующий зрителям динамичный и местами уморительный полуторачасовой аттракцион. Резкие скачки между жанрами, впрочем, могут вызвать у части зрителей недоумение, однако таков дух времени. К тому же режиссер ловко чередует внезапную романтику с гротескной расчлененкой, так что устать ни от одного, ни от другого не получится.

Место сломленного смертью родителей и жестоким религиозным воспитанием молодого мужчины, чья психика в какой-то момент не выдерживает, занял собранный парень с четкой целью. Каждый декабрь Билли облачается в костюм Санты, вооружается топором и по наводке своего темного попутчика уничтожает злодеев — убийц, мошенников и даже нацистов (безумная сцена расправы героя над поклонниками идеологии Третьего рейха была вырезана из российской прокатной версии). Из истории о Санте-психопате, жаждущем лишь крови, «Тихая ночь, смертельная ночь» превратилась в гибрид «Декстера» и «Санта-Клауса» Джона Пасквина, а постоянные препирательства Билли с внутренним голосом отдают недавним «Веномом», только без харизмы Тома Харди и неловких шуток симбиота.

Роэн Кэмпбелл в роли Билли на кадре из фильма «Тихая ночь, смертельная ночь»

Несмотря на смену посыла (фильм Селлера все-таки активно кивал в сторону общества как главного катализатора насилия), «Тихую ночь, смертельную ночь» не назовешь радикальным ремейком, стремящимся полностью переизобрести оригинал. Нельсон, напротив, крайне бережно относится к первоисточнику, несколько раз с теплотой кивая в его сторону, и будто бы стремится примирить современную аудиторию стриминговых сервисов с фанатами жестоких олдскульных слэшеров. Однозначно утверждать, что подобный подход работает, сложно, но попытка как минимум достойная.

Аккуратность Нельсона одновременно работает на фильм и против него. Ближе к кульминации баланс между кровавым безумием и романтикой соблюдать становится все сложнее, из-за чего страдает ритм, а финал ощущается вымученным. К тому же зрелищности хватает только на две трети хронометража, а дальше зрителей, жаждущих взрывной концовки, ждет небольшое, но разочарование. Таким образом, «Тихая ночь, смертельная ночь» застревает где-то между ужасом и сочувствием, так и не дотянувшись до жанровой дерзости оригинала.

Майк П. Нельсон снял умеренное, спокойное и не выдающееся кино. Справедливости ради, режиссер и не планировал менять жанр или создавать главный хоррор года. И пусть «Тихая ночь, смертельная ночь» вышла излишне корректной, но зато куда более эмоциональным и местами более странным слэшером, чем оригинальная картина, с которой, по правде говоря, и сравнивать ее бессмысленно — в слишком уж разных кинематографических экосистемах они существуют. Но, в отличие от прочих бездушных ремейков, производство которых походит на автоматизированный конвейер, «Тихая ночь, смертельная ночь» ощущается как елочная игрушка ручной работы — пусть кривоватая, но по-настоящему уникальная.