Рецензия на фильм «Шанхайские рыцари»

Старый хранитель императорской печати убит в Шанхае заговорщиками под предводительством злого белого человека (Эйдан Гиллен). Дочь старика (Фэнн Вонг) намерена отомстить и призывает на помощь блудного старшего брата. Для этого блудный брат, оклахомский шериф (Джеки Чан), переезжает в Нью-Йорк, где намерен разжиться своей долей денег из первой серии, хранителем которых был еще более блудный друг (Оуэн Уилсон). Но друг, как говорится, водку продал, а деньги пропил, по причине чего подрабатывает официантом и альфонсом по совместительству. На почве неловкого альфонсизма из Нью-Йорка приходится делать ноги, все дороги приводят в Лондон. Злой белый человек оказался там лордом Рэтбоуном, одним из наследников английского престола, и успел уже засадить дочь старика в Ньюгейт.

До сих пор нам показывали шанхайские дворцы и нью-йоркские отели, а теперь пойдут лондонские дворцы и вообще вся столица мира конца XIX столетия в пасхально-открыточном варианте. Возвращение одной старой императорской печати, ведущее к разоблачению целых двух антиправительственных заговоров, тоже будет пасхально-открыточным, что само по себе неплохо, но чем цеплять – вот вопрос. Молодой режиссер Дэвид Добкин, пожалуй, из этой благостности извлек максимум интереса, хотя кино все равно получилось невзрослое, невсамделишное по жанру. В открытках слишком проглядывает не искренность, а функциональность, отписка. Как и скоро выходящая "Лига экстраординарных джентльменов", "Шанхайские рыцари" противопоставляют беззубую викторианскую Англию с хэппи-эндом в финале каждого кадра нынешней всемирной хищности и беспределу.

Такое чересчур политкорректное противопоставление все портит, но если народ нуждается, чтобы его столь откровенно баюкали и баюкали, дальше все чин-чинарем. В этом аспекте правильно, что Джеки Чан боевое кун-фу превратил почти что в балет, в просто красивый танец. Это наглядно демонстрируют все эпизоды драк: на набережной, на Биг Бене, но особенно – на помойке, в начале, когда виртуозность балета между мусорными контейнерами действительно завлекает. Правильно также то, что беззубость укоренена в массе культурных ассоциаций. Пусть ради этого пришлось пожертвовать фактами и хронологией, но открытки из Лондона 1887 года как бы доходят до сегодняшнего дня, которому совершенно по барабану, каким на самом деле был Лондон в 1887 году, зато интересно, чтобы он был родным и знакомым, а Джеки Чан укоренялся в истории.

Американцы злорадствуют по поводу ошибок. Джек Потрошитель засветился не на год раньше, а на год позже событий фильма. Лишь в 1889-м родился Чарли Чаплин, который в фильме уже большой мальчик с приклеенными усами. В 1900-м появились цеппелины, на которые блудный друг уже просадил все деньги, только в 1902-м Артур Конан-Дойл получил рыцарское звание, которым тут все кончается. Кстати, он никогда не служил в Скотланд-Ярде, а был врачом по профессии. Тем не менее, фантазирование без башни, чистая стилизация дает простор для милых шуток, откуда как бы взялись Шерлок Холмс с доктором Ватсоном, откуда взялось кино, а также вообще самолеты и пулеметы и даже автомобили. Конечно, из Джеки Чана с Оуэном Уилсоном. Все на свете возникло случайно, но сошлось в любимых героях. Такие шутки очень любят засыпающие дети.

Впрочем, присутствуют ассоциации и потоньше – из Диккенса и из "Битлз". Самая, вероятно, изысканная из них – то, что не лорд и наследник, но вполне реальный актер Бэзил Рэтбоун был одним из первых в истории кино исполнителей роли Шерлока Холмса. Поэтому в целом можно сказать, что Дэвид Добкин – культурный парень, честно и даже стильно работающий на заказ. Для среднебюджетного (50 млн.) комедийного боевика сладко-баюкающий заказ выполнен на уверенно среднем уровне от 7-ми до 14-ти лет.

Раньше семи лет нельзя: в фильме две сцены в отеле с компанией голых шлюх.

Текст: Екатерина Тарханова