Рецензия на фильм «Ванильное небо»

Кэмерон Кроу в прошлом году получил "Оскар" за сценарий "Почти знаменит" и решил, что ему все можно. Том Круз развелся с Николь Кидман и решил, что ему все можно. Пенелопа Круз влюбила в себя Тома Круза и решила, что ей все можно. Из этих опрометчивых решений вышел фильм "Ванильное небо", договориться с которым решительно нельзя.

Только кажется, что он является римейком испанского мистического триллера "Открой глаза" Алехандро Аменабара, где та же Пенелопа играла ту же роль. Это малая часть шашлыка, который автоматически включил в себя парафраз другой испанской картины – классики Бунюэля "Этот смутный объект желания", сатирической по жанру. Следующий кусок шашлыка подозрительно напоминает старый советский фильм Михаила Швейцера "Бегство мистера Мак-Кинли", по жанру фантастический. Любопытно, кто из команды, Кроу или Аменабар, изучал в киношколе советское кино? Наконец, есть еще кусочек из знаменитого паркеровского триллера "Сердце ангела" с амнезией обвиняемого в убийстве. Получается, что на один сеанс нанизаны осетрина (сатира), баранина (триллер) и говядина (фантастика), причем именно нанизаны – последовательно, по-отдельности. Политы они "для блюда" каким-то ванильным кремом, то есть любовным настроением. Другого соуса не нашлось. Кто, скажите, рискнет отведать деликатес?

Рискуя по обязанности, ты, конечно, сначала пытаешься отделить крем от мяса и видишь богатенького плейбоя. Том Круз имеет любовницу (Кэмерон Диаз), но не знает любви. Рвет с ней из-за девушки своего друга (Пенелопа Круз), а любовница его преследует, усаживает в машину и на полном ходу въезжает в ограждение эстакады. Сама разбивается, он остается уродом навсегда. Это логично: наука плейбоям, что за секс платят больше, чем за любовь. Но отделять эту логику надо от каких-то тюремных разборок, когда с Томом Крузом в противной маске занимается психиатр (Курт Рассел), пытающийся понять, как он кого-то убил. Сами по себе разборки более-менее объяснимы по типу "нам рано жить воспоминаньями". Хотя с предыдущей лирикой они не очень контачат, есть надежда, что в результате выведут ее на общедоступный уровень законности и порядка: "кто виноват в смерти девушки, плейбой или трудное детство?". Увы, дальше идет такое, что уже ничего не пытаешься отделять. Пытаешься лишь отвернуться от той помойки, в которую на глазах превращаются нормальные продукты.

Тем не менее, можно предположить, что это дорогостоящее блюдо, снимавшееся в редакции "Vanity Fair" и на еще живом Манхэттене, будет пользоваться успехом. Парадокс успешности в том, что переваривать никто и не намерен. Кэмерон Кроу мог действительно слить что угодно и даже не размешать – главное, что на любой помойке факт остается фактом: красавчик Том Круз легким движением руки превращается в урода. Для этого факта даже, наверно, лучше, что фильм невообразимый. Зритель будет четче и ярче все два часа смаковать, как выглядит ее идол. Благодаря невообразимым наворотам облик все время чередуется: ага, вот тут носик, глазки – все здорово, вот тут – масочка, сейчас мы ее снимем… А тут-то какой кошмар!!! Мама родная!!! Можно сравнивать и тащиться, что идол хотя бы в гриме, хотя бы только на пленке оказывается страшней любого простого зрителя. Значит, тоже грязь, как и все. Так приятно порою плюнуть в физиономию идола, так это расслабляет…

С другой стороны, если Кроу и Круз, и Крузу можно все, то почему то же самое нельзя нам?

 

Текст: Екатерина Тарханова