Рецензия на фильм «Подводная братва»

"Подводная братва" после "Муравья Антца" (1998) и двух "Шрэков" – четвертый опус, созданный студией "DreamWorks" на поприще цифровой анимации. Все четыре, отвлекаясь от художественного качества, можно определить как пробы пера – попытки художников и технологов разведать стилевые и жанровые возможности принципиально новой и обещающей отрасли киноиндустрии…

На наши экраны "Подводная братва" вышла без Роберта Де Ниро

Все четыре, отвлекаясь от художественного качества, можно определить как пробы пера – попытки художников и технологов разведать стилевые и жанровые возможности принципиально новой и обещающей отрасли киноиндустрии. Поэтому объяснимы и простительны повторы и даже цитаты, которые можно заметить в таких созданиях конкурирующих кинофирм, как "Подводная братва" у "DreamWorks" и, скажем, недавней диснеевской ленты "В поисках Немо" /Finding Nemo/ (2003). Это всегда коктейль из пародийной комедии, постмодернистского стеба, мюзикла, сказки для детей и многочисленных аллюзий для взрослых. В "Братве" рыбье царство уже совершенно повторяет человечий мир, где есть свой Манхэттен со своим Таймс-сквером, свое телевещание, уличная реклама, "бизнес-элита" и мафиози. Кроме того, рыбы с комфортом расположились в затонувших кораблях, в их роскошных салонах и на прогулочных палубах, что вызывает множество дополнительных ассоциаций – с тем же "Титаником". Повсюду разбросано множество ускользающих от русского зрителя приколов: роли телезвезд, к примеру, озвучивают реальные звезды американского ТВ, в точности повторяющие интонации и терминологию популярных рекламных клипов и событийных комментариев.

Главные действующие лица: мафиозо Дон Лино – акула с голосом Де Ниро, его сыновья сентиментальный Ленни и свирепый Фрэнки. Акульей мафии противостоит хлыщ по имени Оскар – ничтожная рыбка с китовыми амбициями, по нечаянности повлекшими гибель грозного Фрэнки. Теперь у Оскара репутация грозы всех акул, и на этом нехитром парадоксе будет держаться практически вся картина. Ее главный прикол: Ленни – акула-вегетарианец (озвучивает Джек Блэк). Есть дьяволица-соблазнительница – сексуальная Лола и есть преданная, влюбленная в Оскара ангельская рыбка Энжи. Весь этот аквариум напомнит любителям героев и коллизии "Крестного отца" /Godfather, The/ (1972) и телесериала "Клан Сопрано" /Sopranos, The/ (1999), юмористически препарируя и обыгрывая фирменные штампы "мафиозного кино". В чем и состоит главный смысл всего предприятия.

Одна из важных причин успеха: в анимацию ринулись первые звезды Голливуда, отдавая генерированным на компьютере персонажам свои голоса и создавая добрую половину обаяния этих фильмов. Их имена теперь пишут на афишах в качестве главного манка предстоящей новинки. Вот и в российских афишах "Подводной братвы" обещаны Анджелина Джоли, Роберт Де Ниро, Уилл Смит, Рене Зеллвегер, но это вполне бессмысленная попытка надуть зрителей, потому что звезд заменили, причем значительно менее успешно, русские дублеры. У наших артистов, надо признать, большой опыт по части кардинальной порчи зарубежных фильмов – примеры с русскими версиями "Пиратов Карибского моря" /Pirates of the Caribbean/ (2003), "Чикаго" /Chicago/ (2002) или "Трои" /Troy/ (2004) у всех на памяти. Бывают и обратные примеры – так, участие Олега Табакова в дублировании Кота из фильма "Гарфилд" /Garfield/ (2004) стало приятным событием, о котором не подозревают даже сами создатели этой вполне заурядной ленты. Но это редкость.

При всей несомненной перспективности нового вида киноискусства, уже звезды "Подводной братвы" столкнулись с опасностью повторов и подражаний. Успех словоохотливого Ослика в исполнении Эдди Мерфи, например, был столь неотразим, что Уилл Смит в роли рыбки Оскара повторяет незабываемые интонации почти буквально (о русском варианте умолчу, он не выдерживает критики).

"Подводная братва" содержит несколько милых гэгов. Часть из них, наподобие ипподромных скачек морских коньков, простодушны и доставят радость детворе, иные – более изощренны и адресованы взрослым, но в целом картина застряла в той опасной зоне, где слишком много недоступного детям и слишком много банального для их родителей – то есть в позиции "ни вашим, ни нашим". Поэтому смысл и обаяние очень дорогой и довольно длинной киношутки исчерпываются где-то на пятнадцатой минуте.

Как любой вегетарианец, эта шутка хороша, но слегка анемична.

Текст: Валерий Кичин