Весьма удобоваримые анекдоты: «Особенности национальной охоты в зимний период»

В новой же ленте "Особенности национальной охоты в зимний период" Кузмич снова – на своём месте. О сексуальных банных маниях не треплется, просто красиво медитирует в садике камней своего лесничества да ещё занятно рассказывает о великом охотнике древней Японии Ху Чжоу, авторе восьмерых трактатов, понимавшем всё, что касается погибающих и охотящихся существ, только так вот и не понявшем русских.

Когда японский персонаж в соломенной шляпе и луком через плечо появляется на фоне типично русского пейзажа со снежными равнинами и полинявшей желтизной зимних полевиц, приходит на ум, что А.Рогожкин, раньше этим вроде не блиставший, умеет строить и импонирующую пластику кадра.

Этот неразвёрнутый, красивый и знаковый персонаж отчасти напоминает молодого финна, так смешившего в первой части цикла. Он ведь тоже не понимал ни русского национального расположения к алкоголю, ни немотивированного, дикого энтузиазма, проявляющегося в самых неожиданных моментах, ни удивительного умения попадать в глупейшие ситуации, но, вместе с тем, с честью из них выкарабкаться. Нас же, лучше знакомых с менталитетом великого народа, что-то у него даже перенявших, смешили и проявления этого менталитета и беззащитность перед ним так называемого "здравого смысла".

Кроме фильм открывающего и заканчивающего японца в нем появляется немало и других новых персонажей. Все они – представители в нынешней России объявившихся ведомств, министерств, прибывающие как бы на проверку владений Кузмича, а на самом деле – побездельничать, пострелять, попьянствовать, попариться в русской баньке.

Хорошая жизня! По частным деталям, может, и специфическая, но по существу, очевидно, вполне совпадающая с времяпрепровождением тех чиновников, которых в избытке наплодила сегодняшняя Литва.

Впочем, "кайф" экрана бывает таким привлекательным и суггестивным, универсально действующим на все сословия, что киномеханик "Скальвии", где я смотрел фильм, тоже удрал охотиться то ли на зубра, то ли на "Зубровку", а крутить кино кончил уже не он сам, а его подруга…

Рядом со старыми фольклорными персонажами, такими, как упомянутый Кузмич, генерал Иволгин (Алексей Булдаков), всегда сохраняющий философский покой и своеобразную логику ("Ну кто же курит на охоте?" – нежно журит он других, сам пыхтя огромной сигарой), как Лев (Семён Стругачёв), из боевого покорителя воздушного пространства становящийся жалким "нарушителем границы" и мишенью военного вертолёта, в новой части объявился ещё один колоритнейший.

"Маслюк" – фамилия, которая осмотрительно может быть и женской, и мужской. И этот вот Маслюк, который оказывается Ольгой Валериановной (Ирина Основина), ударом в башку сваливающей медведя ("Вы его не покалечили, очухается" – успокаивают местные расстроенную воительницу за экологию), интересен (интересна) прежде всего развитием характера. Рычащая по поводу и охоты, и алкоголя, и мужских приставаний дама эта всё-таки перевоспитуется, не волнуйтесь. Она же настоящая русская.

Киноанекдоты А.Рогожкина, пусть и не самые глубокие, – привлекательны, милы, что и доказывает успех сиквела. Здесь начисто отсутствует та презрительная, обидная усмешка, что отличает другого русского, уже почти ставшего французом П.Лунгина, его фильм "Свадьба". Ведь мы, литовцы, по крайней мере те, у кого не так много иллюзий, тоже любим своих некоторых постоянных телеперсонажей, режущих нелицеприятную правду о социальных болезнях Литвы. Дурацкие, чокнутые, безнадёжные, да свои.