Я и моя семья: рецензия на фильм «Хищник: Планета смерти» — приятельское кино об охоте

Охота – священный ритуал для хищников, также известных в клане как яутжа. Молодой и малогабаритный Дек (Димитриус Коломатанги) не пользуется уважением в семье. Чтобы спастись от отцовского гнева и доказать состоятельность, Дек отправляется на планету Дженна, чтобы принести трофей, убив огромного зверя Калиска. 

Недружелюбная флора и фауна проверяют охотника на прочность – выжить там непросто, учитывая обилие странных зверей, смертоносных гусениц, травы и даже деревьев. К счастью для Дека, на планете оказывается Тия (Эль Фаннинг) – болтливая и веселая женщина-андроид, прибывшая вместе с земной экспедицией. Но у гостей и андроида Тессы, сестры Тии (тоже Эль Фаннинг), свои планы по изучению и контролю внеземной природы. 

Димитриус Коломатанги в роли Дэка на кадре из фильма «Хищник: Планета смерти»

Сдружиться с хищником непросто, но возможно. Это удалось Эль Фаннинг в новоиспеченном фильме, а еще раньше – Дэну Трахтенбергу, режиссеру с монопольным правом на франшизу. Главное, не повторяться, вселенную еще есть куда расширять – с таким творческим кредо Трахтенберг выводит охотника со жвалами в третий раз. Он начал с побоища среди американских равнин в «Добыче», а затем разбавил путешествием по историческим эпохам в анимационном «Убийце убийц». «Планета смерти» – вираж любопытный и кое в чем неожиданный. Это, если угодно, бадди-муви. Мало того что история рассказана с точки зрения хищника, так еще и полна курьезов: инопланетный охотник больше не одиночка и выживает в паре с безногой андроидкой в исполнении Эль Фаннинг. Она непрестанно шутит, пока Дек носит ее в качестве ручной клади и исследует местную «Пандору»: там есть и причудливые лианы, и умилительная мартышка, и пиявки, и птеродактили.

Эль Фаннинг в роли Тессы на кадре из фильма «Хищник: Планета смерти»

«Планета смерти» вроде бы о том же, о чем все «Хищники» –о иерархии в пищевой цепи, – но без привычной для франшизы брутальности. На технологичного монстра, в котором мы всегда видели инопланетного маньяка из слэшера, теперь смотришь так, будто он никогда не кромсал людей. Так оно и есть: юный и еще не закаленный боями яутжа проходит своего рода инициацию, а причина всех зол пусть и не люди, но их продукт — роботы из «Вейланд-Ютани», печально известной по фильмам о Чужом корпорации. Теперь за инопланетянина, как говорит сам режиссер, можно болеть и желать ему всех трофеев.

У Хищника — как у фильма, так и у героя — обнаруживается сердце. Яутжа – жертва отцовской травли, тот, кому суждено обрести семью не по крови, а по духу, собрав боевую команду изгнанников. Если бы не жуткие жвалы и по пояс обрубленный андроид, то приключение вполне можно было бы называть диснеевским. Больше никакого старомодного мачизма и нанизанных кишок: вся охота проходит в рамках приличия, ведь «Планета смерти» — гуманистический гимн аутсайдерам, всем униженным и оскорбленным. Дек находит семью среди представителей другого вида, да и Тия восстает против своей сестры. 

Эль Фаннинг в роли Тиа на кадре из фильма «Хищник: Планета смерти»

Конечно, экзотика «Планеты смерти» не лишена вторичности. Кроме известных ассоциаций с «Аватаром» и его пышным биомом Трахтенберг компилирует «Хищника» из элементов, знакомых по соседней франшизе — «Чужому». Андроиды делятся на плохих и хороших — и чем, спрашивается, сразу две Эль Фаннинг отличаются от робота Майкла Фассбендера из приквелов о ксеноморфах? Не говоря уже о слишком назойливом привете «Чужим» Кэмерона — битве на погрузчике, — чуть ли не дословно повторяющем сцену из олдскульного боевика 1986 года. Оригинальность «Планеты смерти», удалого сай-фай-микса из вышеперечисленного (бонусом ассоциации со «Звездными войнами», «Безумным Максом» и «Миром Юрского периода»), кажется слегка преувеличенной. Но чего не скрыть — у броманса есть определённая химия, и, пожалуй, впервые яутжа прописан как полноценный и индивидуальный персонаж, а не фигура из тени. 

Чего недостает фильму Трахтенберга, так это остроты, эффекта космической непредсказуемости и опасности — ее сложно поддерживать, пока охотник бьется с доисторическими зверятами и CGI-кляксами. «Планета смерти» примеряет органическое с синтетическим — и синтетики в веселом приключении куда больше, чем чего-то непосредственного и натурального. Тем не менее заход Трахтенберга получит приз зрительских симпатий — режиссер подкупает гуманизмом и оптимизмом, коими франшиза никогда не славилась. Он видит в охотниках не только свирепых сборщиков трофеев, но также и чутких друзей и хороших спутников — словом, чем хищники теперь отличаются от кэмероновской расы на’ви или от команды Дороти из «Волшебника страны Оз»? Все, что показалось бы нонсенсом в 1987 году, когда Шварценеггер впервые столкнулся с инопланетным гостем, сегодня уже стало обыденностью.