Наверх
Хантер Киллер Пришелец Оверлорд Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда Ральф против Интернета Апгрейд Вдовы Робин Гуд: Начало Проводник Все или ничего

Кадр из фильма

Кадр из фильма

По второму разу «Дом из песка и тумана» смотрится даже лучше – начало, которое в первый раз казалось затянутым и занудным, теперь многое объясняет. Фильм можно смотреть в любом возрасте, и тинэйджерам, но при одном условии – если кое-что повидал, если есть пережитое и больше нет иллюзий насчет человеческих отношений.

Фильм киевского еврея Вадима Перельмана, в детстве вывезенного в Америку, называют антиамериканским. Но это все-таки из того же мелкого самолюбия, о котором все снято. Потому что история с тем же успехом, что с иранской семьей и выселенной американкой, могла произойти у нас – например, с какой-нибудь месхетинкой и кубанскими казаками, только тогда казаки ее гнали бы прочь поганой метлой. Мало того, история вовсе не обязательно современная – ее можно представить где-нибудь в послевоенном Киеве в любой коммуналке, куда из эвакуации хозяйка возвращается, а там, допустим, демобилизованный приезжий с семьей живет, явочным порядком. Мало того, в сущности, это вообще не история имущественного конфликта. Дом на берегу океана – в конце концов, метафора. Перельман в принципе наметил анамнез любого конфликта, историю болезни. Каждый из нас хоть раз в жизни вступал с кем-нибудь в непримиримое противоречие. Кому не повезло, еще вступит. И в этом плане фильм очень законный: вот так оно все и бывает. Потому касается каждого.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Бедную тетку в тяжелой депрессии, брошенную мужем и замкнувшуюся, вдруг выселили из дома, который 35 лет строил ее отец, за неуплату налога с доходов. А у нее нет и не было никакого доходного дела, выселять не имели права. Но мэрия подсуетилась и успела за пару дней продать с аукциона за сущие гроши незаконно отнятый дом. А купил его тоже на последние гроши иранский эмигрант, бывший шахский полковник с семьей, в Америке зарабатывающий то на стройке, то в магазине. Он хотел быстро перепродать дом и наварить на образование сына да на раздачу долгов за свадьбу дочери. Когда все разъяснилось, полковнику было решительно наплевать на законную хозяйку. С высокой колокольни. Он же вроде бы ни при чем, что она ночует в машине и на грани самоубийства – если бы, слава богу, ей не подвернулся помощник шерифа, который стал помогать. Ну, тут и началось. «Нагнетание атмосферы». «Провокации на границе». «Гонка вооружений». «Последний бой до победного конца». Чем дальше, тем больше это все давит на эмоции – в том числе зрителей, потому что касается все конкретней.

Общая законность драмы идет именно от конкретных обстоятельств – от того, что экранизирован обстоятельный роман-бестселлер Андре Дюбю-третьего, где все мелочи выписаны, от точного по психологии монтажа, от безупречного актерского ансамбля. Играют, как на подбор – Дженнифер Коннелли, Шохре Агдашлу, Рон Элдард, хотя, конечно, Бен Кингсли оттягивает внимание на себя. Но, в общем, чем конкретней обстоятельства, тем больше возможность проследить все нюансы открытого конфликта, борьбы, войны, чтобы никаких тонкостей не упустить и чтобы любой посмотревший сделал для себя выводы.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Навязывать выводы неохота. С другой стороны, если бы «Дом из песка и тумана» исчерпывался лишь законностью, лишь историей болезни, он был бы поверхностным, риторическим. А есть подозрение, что Перельман как нормальный талантливый дебютант снял больше, чем полагал, снял кое-что, о чем сам и не думал. Получилось достаточно четко достаточно интересное – повод к войне в принципе неважен. Связана ли она с застарелой ненавистью или с последним шансом, война – это просто чья-то агрессия. У Перельмана – мужская. Молодой здоровый мужик, он снял если не феминистское, то очень анти-мужское кино.

Ведь даже вроде отчаянная, роковая проблема неподеленного дома миром решается с пол-пинка. Да не зарубись полковник, поговори с хозяйкой, предложи ей часть прибыли или хотя бы плати за ее мотель, угол какой-нибудь организуй, чтобы было тетке, где ночевать – и наваривал бы на перепродаже, хоть вчетверо, хоть впятеро. Но он, блин, единственный «хозяин». Жизни. Есть только он и его мелкое самолюбие, что видно опять-таки с пол-пинка. Как жене вмазал, так бы и сына выпорол – про старшую дочку в итоге вообще не вспомнил. Семья для самолюбования, костюм для самолюбования, фотки в рамочках тоже, и врать всем подряд, от родственников до покупателей, и доносить на глупого помощника шерифа – самое оно, если потом можно собой полюбоваться. Потому что всего главнее – ночью, в пижаме, но все-таки добежать до уличного столба и повесить назад объявление о продаже. «По-моему вышло».

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Ну, «по-своему» и доигрался. Именно такой финал настолько неизбежен, что даже «восточная ментальность» ни при чем. Таких тут, в средней полосе – из десяти одиннадцать. И не надо путать полковника с Беном Кингсли, который действительно восхищает. «Оскар» он получит вряд ли – по нетворческим причинам – но достоен безусловно. Перельману же пожелать можно лишь одного – после пафосной экранизации Стивена Кинга со Спилбергом, которой он сейчас занят, сделать свой ответ бабам. Снять такое же законное кино про бабскую агрессию.

Оставайтесь с нами на связи и получайте свежие рецензии, подборки и новости о кино первыми!

Яндекс ДзенЯндекс Дзен | InstagramInstagram | TelegramTelegram | ТвиттерТвиттер


Комментарии  156



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть