Наверх
Фильмы 2018 Мир Юрского периода 2 Лето Суперсемейка 2 8 подруг Оушена Ночная смена План побега 2 Убийца 2. Против всех

Интервью с Колином Фарреллом, Антоном Ельчиным и другими

Создатели фильма «Ночь страха» объясняют, почему «Сумерки» это не круто, рассказывают о настоящей жестокости и пользе 3D

В сегодняшнем кинематографическом ландшафте вампиры – это томные романтические герои, редко отвлекающиеся на кровопускание. «Сумеречная сага» так крепко пустила корни, что любую иную трактовку вурдалаков поклонницы Роберта Паттинсона воспринимают ересью. Вышедший на экраны ремейк «Ночи страха 3D» /Fright Night/ (2011) отважно вступает в полемику с семейством Калленов, напоминая, что настоящий вампир коварен и жесток. Мы пообщались с создателями картины, объяснившими, почему «Сумерки» /Twilight/ (2008), это не круто и что они вкладывали в свою ленту.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Ночь страха 3D"

Здесь, на Комик-Коне, ваш фильм – не единственное кино про вампиров. Как вы думаете, кто победит в драке: Джерри (герой Колина Фаррелла) или Эдвард Каллен?

Колин Фаррелл (КФ): Это смотря по какой причине они дерутся. Если из-за любви к мясу, то однозначно Джерри. Если за любовь женщины, то, боюсь, Каллен меня уделает.

Вопрос к Марти. Расскажите, пожалуйста, об адаптации классического хоррора для новой аудитории.

Марти Ноксон, сценарист (МН): Мне в какой-то степени повезло, я не знала, до какой степени этот фильм стал классикой, даже специально ничего не читала в интернете. В оригинале была хорошая история, яркие герои, было, от чего отталкиваться. Кроме того, за прошедшие с момента выхода первой «Ночи страха» прошло 25 лет, мир очень изменился с тех пор. Зрители стали более подкованными в вопросах жанра, ведь они живут в мире «Сумерек». Я с уважением отнеслась к оригиналу, но при этом хотела найти способы показать героев фильма несколько иначе. Но режиссер и актеры проделали блестящую работу, привнеся в кино изрядную долю и веселья, и напряжения.

Расскажите о сходстве и различиях между новым и старым Джерри.

КФ: Им обоим надо пить кровь, чтобы выжить. Старый Джерри, насколько я помню – а я впервые увидел Криса Сарандона в этой роли, когда мне было двенадцать, – был таким аристократом. Он казался интеллектуалом, очень культурным, корректным, очень привлекательным. А мой Джерри – эдакий социальный паразит, ему жутко нравится представлять опасность для окружающих, особенно если эти самые окружающие знали, что он собой представляет на самом деле. Мой персонаж пугает, и благодаря этому страху он обращается с людьми так, как кот с мышью. То есть, они для него не только пища, но и игрушки. И он жестокий. Мне выпала возможность сыграть жестокого вампира, не отягощенного никакими чувствами, ни любовью, ни страхом, никакими человеческими эмоциями. Ему просто скучно, он четыреста лет мотылялся по свету, изучил людей и порядком устал от собственной компании. Поэтому он жесток и здорово напоминает серийного убийцу.

МН: Зато он секси.

КФ: Заметьте, не я это сказал! Но этого не отнимешь.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Ночь страха 3D"

Колин, вам пришлось многое узнать о вампирах. Вы ходили в библиотеку, читали какую-то литературу на эту тему?

КФ: В моем случае учить матчасть непросто, нельзя же пройтись по улицам Санта-Моники вечерком и вцепиться зубами кому-нибудь в шею. Я с детства люблю фильмы про вампиров, особенно «Пропащие ребята» /Lost Boys, The/ (1987), «Почти темно» /Near Dark/ (1987), разные варианты мифов про Дракулу. Я как фанат заинтересовался возможностью сыграть вампира, а ведь такое нечасто бывает, что тебя привлекает роль не как актера, а как нормального человека. В данном случае я был не только фанатом темы, но и фанатом самого фильма, поэтому поначалу я вообще с подозрением отнесся к идее ремейка, да и для многих это было едва ли не святотатством.

Колин, тот факт, что вы сам – отец, заставляет вас быть более разборчивым в работе?

КФ: Да, я теперь играю только кровавых душегубов! Ну конечно, все очень изменилось. Я стал иначе относиться к выбору ролей, но не могу сформулировать, каковы стали критерии.

Вопрос к Марти Ноксон. Есть ли какие-то черты оригинала, которые вы сохранили в своей версии фильма, и какие именно, если они есть?

МН: Первым делом я старалась сохранить юмор. Дэвид Теннант и Кристофер Минц-Плассе в основном отвечали за комизм, и делали это, по-моему, очень серьезно.

Крэйг Гиллеспи на съемочной площадке

Крэйг Гиллеспи на съемочной площадке "Ночь страха 3D"

Крэйг Гиллеспи, режиссер (КГ): Мы, конечно, старались сохранить баланс в сценарии, чтобы не было ни перебора, ни недостатка в ужасах и саспенсе, но главным все-таки было эмоциональное напряжение. Но и юмор тоже был, чтобы периодически давать возможность расслабиться, передохнуть. И несмотря на то что Кристофер и Дэвид действительно очень смешные, их персонажи не выходили за рамки своей собственной реальности, их комизм был оправдан. Равновесие соблюдалось.

МН: Думаю, верно сказать так: мы хотели, чтобы персонажи были забавными в очень жутких ситуациях.

Антон, твоя роль здесь, похоже, требовала серьезной физической подготовки. Ты интенсивно работал над собой?

Антон Ельчин (АЕ): Да не сказал бы. Основная подготовка уделялась эмоциональному развитию моего персонажа. Мы, конечно, серьезно репетировали сцены с драками, потому что это была чистая хореография. Главное – не врезать случайно партнеру.

Я большой фанат оригинальной «Ночи страха», мне не терпится увидеть новую версию. Скажите, Крис, вы уже видели фильм целиком?

Крис Сарандон, актер из оригинального фильма (КС): Да, видел. На прошлой неделе посмотрел, по-моему, это просто великолепно. Замечательный фильм.

Хотелось бы узнать, каковы ваши впечатления от фильма в 3D.

КС: По-моему, суть 3D не в том, чтобы из экрана в зал вылетали копья. Когда я был маленьким, мы, конечно, именно за этим в стереокино и ходили. Надевали картонные очки, и дикари швыряли в нас всякие предметы. Мне кажется, что Крэйг, делая этот фильм, хотел от 3D в первую очередь смысла и пользы. Ему это нужно было не в качестве визуального фокуса, а для того, чтобы усилить впечатления от фильма, что ему, думаю, удалось.

КГ: Когда 3D-фильмы только начали появляться, я считал, что эта технология хороша только там, где присутствует зрелище. Для меня было интересно то, что можно увидеть в «Алисе в стране чудес» /Alice in Wonderland/ (2010) или в «Аватар» /Avatar/ (2009). А смотреть, как два мужика сидят на кухне с напряженными лицами, а потом один кладет руку на плечо другому и так далее – это не то же самое, что долгий бег по коридору в фильме ужасов, там эффект присутствия гораздо выше, и глубина не только визуальная, но и эмоциональная.

Вы работали на основе чужого и достаточно популярного материала, было ли вам сложно найти что-то свое в этом случае?

АЕ: Я думаю, что в первую очередь все зависит от материала и от того, чего ты, учитывая оригинал, пытаешься достичь. Я был и остаюсь большим поклонником оригинала, но у нас сюжетная арка все-таки немного другая, сама история отличается. В общем, что касается героев, то лично я старался привнести что-то свое в соответствии с обстоятельствами. Но при этом я все-таки пытался сохранить и то, что делало Чарли особенным в оригинальной ленте, то есть, в каком-то смысле балансировал между новым Чарли и старым.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Ночь страха 3D"

В кино существует большое количество героев-вампиров. Вы можете рассказать, кто и почему является самым любимым персонажем из этой плеяды?

Кристофер Минц-Плассе (КМП): По-моему, Колин проделал фантастическую работу, вернул образ настоящего вампира, сексуального, обаятельного, но при этом – зло в чистом виде.

КГ: Что в сценарии Марти особенно хорошо, так это то, что вот так сразу, с места в карьер этот персонаж начинает внушать страх. Мы его представляем зрителю как некий образ серийного убийцы, тем более что отчасти так оно и есть, только ему, ко всему прочему, четыреста лет и он питается человеческой кровью. Он ухитряется держать у себя людей чуть ли не в холодильнике, и при этом не попадаться. К тому же он обладает харизмой и обаянием, помогающими ему соблазнять других, но при все этом он абсолютно свободен от эмоций.

МН: Да, он держит своих жертв в холодном подвале и в какой-то момент обезоруживающе признается: «Так они сохраняют свежесть, как индейка».

Вампирские истории по своей природе гомоэротичны, многие фильмы таковы преднамеренно. Расскажите, относится ли это и к вашему фильму тоже.

КГ: Я бы не сказал, что у нас есть гомоэротика, хотя… Правильнее говорить, что наш вампир играет за обе команды. Нет, если серьезно, ему нужна кровь, и для него нет разницы, в человеке какого пола она пребывает. Здесь нет традиционной истории любви, которую переживают классические вампиры, стремящиеся заполучить свою возлюбленную. Он пытается выживать и делает это вот таким вот способом.

Знаете, когда слышишь о том, что делается ремейк какого-то фильма, сразу думаешь: «О нет!» Но в трейлере были заметны и черты оригинала, и собственный характер ремейка. Крис, что вы подумали, когда узнали о ремейке? «О нет?» или «А вдруг получится?»

КС: Скорее: «А вдруг получится?» Но определенный скепсис все-таки присутствовал. Однако как только мне прислали сценарий, я понял: смогут. Они поняли, как сделать его современным и в то же время в достаточной степени оммажем, чтобы фанаты оригинального фильма оценили их работу и поняли, что им показывают самостоятельную историю.

Если говорить о фильмах ужасов, особенно о кино про вампиров, за последние годы многое изменилось. Раньше вампиры были монстрами, а теперь стали объектом девичьих грез. Как вы избежали этого, и какими вам представляются современные фильмы ужасов?

КГ: Мой любимый ужастик, который я посмотрел сразу шесть раз подряд в первый уик-энд, был «Американский оборотень в Лондоне». В восьмидесятые годы в жанре существовал какой-то баланс между ужасами и юмором. А за последние двадцать лет почему-то стало так, что либо это ужастик, либо это комедия, и нет такого, что сейчас ты сидишь как на иголках, а через минуту надрываешься от смеха.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Ночь страха 3D"

То есть, вам нужно, чтобы можно было смеяться внутри жанра, чем смеяться над жанром.

КГ: Именно так.

МН: Мне еще кажется, что современные фильмы становятся все менее правдоподобными. В то, что должно быть страшным, не верится. Вот это точно не про нас, это не пародия на ужастик, это настоящее страшное кино. У нас там людей едят.

Вопрос к Марти. Похоже, вампиры у вас в крови. Что в «Ночь страха» вы привнесли из своего прошлого опыта, а от чего, а наоборот, отказались.

МН: Когда тут спрашивали про то, кто ваш любимый вампир, хотелось сказать, что до Джерри моим любимым вампиром был Спайк (из сериалов «Баффи – Истребительница вампиров» и «Ангел» – прим. ред.), когда он был злодеем. Но потом он влюбился в Баффи и размяк. Но я его все равно любила и периодически пыталась заставить кого-нибудь скушать. После «Баффи» я отказывалась от любой работы, связанной с вампирами, потому что это лучший способ угодить в болото. Персонажи нашей истории настолько живые, что с ними можно себя идентифицировать. Чарли, как и Баффи, персонаж очень земной. У нас не было ни единой сцены, где бы мы не использовали свой собственный жизненный опыт в этих сверхъестественных обстоятельствах. Например, герой Антона. Я сразу поняла, что мне есть, что рассказать об этом поколении ребят, увлеченных поп-культурой, витающих в облаках до определенного возраста, когда это уже перестает быть типа клевым. Они пытаются отказаться от себя прежних, но что произойдет, если их фантазии окажутся реальностью? Ему снова приходится меняться, приспосабливаться к новому миру. Для меня это очень личные моменты, поэтому мне было очень интересно писать эту историю.

Персонажи Кристофера Ли, Фрэнка Ланджеллы или, скажем, Криса Сарандона были очень мужественными, сексуальными вампирами, а не подростками, изображающими взрослых. Можно ли сказать, что подобные ленты – это исследование природы мужчин, их животного начала и животного магнетизма?

МН: Ого.

КГ: Уж не знаю, исследование ли это… Просто я всегда хотел это сделать, поэтому и позвал именно Колина. Он стал главным инструментом, он с легкостью воплощал все эти качества. Я хотел показать такого вампира, которого сам же и хотел бы видеть, и я рад, что мне это удалось.

МН: Дракула Фрэнка Ланджеллы был предметом моих грез…

Крис, когда вы наблюдали за работой Колина, бывало ли так, что вы думали: «Жаль, что я сам не додумался!» И узнавали вы в его игре черты именно вашего героя?

КС: У него было много такого, чего у меня не было. Ребята изобрели целую фишку с запахом, это было круто, одновременно и сексуально, и жутковато. По-настоящему жутковато.

Чем ваш фильм хорош?

КМП: Мы не знаем! Не знаем!

КГ: Здесь много и от ужастика, и от триллера, и юмора тоже хватает.

КС: И персонажи очень яркие.

МН: Вам обязательно понравится.



Комментарии  150

Читайте также

показать еще



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть