Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Любимое кино. Робокоп

Мировое кино, от «Чапаева» до «Матрицы», подарило нам множество ярких цитат, ставших поговорками. В этой рубрике мы вспоминаем знаменитые кинофразы и рассказываем о картинах, в которых они были произнесены.

В небольшом круглосуточном магазинчике продавец смотрит телевизор. На экране блестит лысиной толстячок с усами и в очках, обнимающий двух вульгарно одетых женщин. «Я бы купил это за доллар!» – провозглашает герой телешоу. Продавец гогочет, как будто услышал нечто уморительное.

Не обязательно быть поклонником жанра, чтобы стать его классиком. До переезда в Америку голландец Пол Верховен (Пауль Верхувен) не интересовался научной фантастикой и не горел желанием ее снимать. Его влекли исторические и драматические постановки, а не попытки предсказать будущее. Однако в Голливуде он все же взялся за футуристический сценарий – и в 1987 году выпустил одну из лучших жанровых лент десятилетия, которая называлась «Робокоп».

Говоря «Робокоп», мы обычно подразумеваем Пола Верховена, и это несправедливо. Конечно, режиссер – главный человек на съемочной площадке, и Верховен многое сделал для успеха картины. Но он не был автором ее идеи и не был автором сценария, и его пришлось уговаривать, чтобы он взялся за проект. Так что истинным «виновником» триумфа «Робокопа» нужно считать того, кто придумал картину, кто добился того, чтобы она была поставлена, и кто, к сожалению, больше не смог создать ничего сравнимого по художественному уровню. Мы имеем в виду сценариста Эдварда Ноймайера.

Когда в конце 1970-х Ноймайер окончил киношколу Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе (UCLA), он хотел сразу заняться сочинением сценариев. Однако он мало что знал о том, как работает Голливуд, и не желал попасть впросак. Поэтому Ноймайер начал не с творческой, а с технической работы. Он был ассистентом режиссера на съемках популярного ситкома «Такси» (1978-1983), вычитывал сценарии для студий Paramount и Columbia, трудился младшим администратором в компании Universal. Прежде чем ставить себя в чрезвычайно уязвимую позицию начинающего творца, он решил завести связи, понять, кто может его поддержать, оценить, у каких сценариев лучшие шансы на успех… И, конечно, куда приятнее сочинять, когда есть стабильная зарплата и не нужно думать, как оплачивать приходящие счета.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Наблюдая за производством фильмов и сериалов не с точки зрения творца, а с точки зрения «офисного планктона», Ноймайер вскоре решил, что должен написать сценарий о корпоративной Америке. Точнее, о корпоративной Америке, возникшей с приходом к власти президента Рейгана. Конечно, бизнес в США всегда был жестким и жестоким, иначе бы он не выжил. Но в 1980-х среди предпринимателей и руководителей стало модно кичиться безжалостностью. Молодым сотрудникам рекомендовали читать трактаты о воинском искусстве и думать о себе как о самураях. Корпоративные рейдеры и финансовые махинаторы стали героями дня, а виски и сигары уступили место суперстимулятору-кокаину. Это была новая, пугающая эпоха, и Ноймайеру очень хотелось высмеять яппи, считающих себя солдатами капитализма.

Другой темой, которая его занимала, была футуристическая фантастика – особенно та, которая рассказывала о роботах и искусственном интеллекте. Когда в 1981 году Ноймайер узнал, что неподалеку от того места, где он работал, Ридли Скотт снимает «Бегущего по лезвию», он начал по вечерам ходить на съемки и работать декоратором. Он не подписывал контрактов и не получал денег – над фильмом трудилось столько народу, что начальство не могло уследить за тем, кто на съемках лишний. Так что Ноймайер просто являлся на съемки, помогал рабочим, глазел по сторонам и чувствовал себя частью захватывающего фантастического проекта.

Тогда-то, после нескольких бессонных ночей на съемочной площадке, Ноймайеру и привиделся Робокоп – защищающий закон блестящий стальной андроид (напомним, что главный герой «Бегущего по лезвию» – полицейский, который охотится на человекообразных роботов, так что Робокоп был инверсией сюжета фильма Скотта). Это идея так понравилась сценаристу, что он решил объединить ее с задуманной ранее корпоративной сатирой. Пусть фирма, о которой пойдет речь в картине, будет выпускать боевых роботов для охраны порядка!

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Поначалу Ноймайер думал о машине без всякой примеси человека, но затем он сообразил, что будет интереснее и драматичнее, если Робокоп окажется бывшим полицейским, которого после его гибели корпорация превратила в копа-киборга. Так появился первый набросок сценария, и Ноймайер утверждает, что в нем уже было многое из того, что в итоге вошло в фильм.

Во время работы над этим наброском Ноймайер на своей основной работе в Universal познакомился с оператором Майклом Майнером, который как раз переквалифицировался в режиссеры и начал снимать рок-музыкальные клипы. Майнер был несколько старше Ноймайера, но он также был выпускником UCLA, и потому они быстро подружились. Когда Майнер рассказал, что в его очередном клипе будет робот, Ноймайер признался, что думает над сценарием о роботе-полицейском, и Майера эта идея так увлекла, что он предложил свою помощь в работе над сценарием. Для Ноймайера это была манна небесная, так как основная работа в Universal отнимала у него массу сил, и ему позарез нужен был трудолюбивый соавтор, у кого было бы много энергии и идей. В фантастическом кино идеи лишними не бывают!

Превращая набросок Ноймайера в черновик сценария, соавторы не сразу договорились о том, какой должна быть будущая картина. Ноймайер видел ее прежде всего сатирой, а Майнер – фантастическим боевиком о бронированном полицейском, который охотится на бандитов в депрессивном мегаполисе. «Золотой» компромисс им удалось найти лишь тогда, когда Ноймайер осознал, что продюсеры не любят связываться с откровенной сатирой (американцы в то время не очень любили, когда их страну высмеивали), а Майнер понял, что сатирические нотки превращают плоский боевик в многослойное и раскованное произведение, которое может позволить себе много такого, на что серьезный фильм не решится. К тому же для создания сатирической картины им не надо было далеко ходить за вдохновением. Хорошо знакомая им голливудская корпоративная жизнь постоянно подбрасывала темы для высмеивания. Так, прототипом «главного босса» в фильме был глава корпорации MCA (ей в то время принадлежала Universal), легендарный студийный менеджер Льюис Вассерман.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Закончив первую черновую версию сценария, друзья показали его продюсеру «Аэроплана» Джону Дэвисону, у которого, в отличие от многих голливудцев, не было предубеждения против сатирических лент. Дэвисону текст понравился, и он помог соавторам подписать контракт со студией Orion, которая в то время уже работала над «Терминатором». Дэвисон и сотрудники Orion дали друзьям несколько полезных советов и помогли улучшить сценарий (в частности, они предложили сюжетно связать криминального и корпоративного злодеев фильма, которые изначально не имели друг к другу никакого отношения), но они наотрез отказались доверить Ноймайеру продюсирование картины, а Майнеру – режиссуру. Разочарованный Майнер вскоре переключился на другие проекты, а Ноймайер все же решил довести проект до конца – пусть и в качестве не основного продюсера, а всего лишь сопродюсера.

Студия отказала начинающему постановщику, так как рассчитывала поручить картину опытному режиссеру. Однако найти его оказалось непросто. Некоторые знаменитости отказывали продюсерам, как только слышали название сценария «Робокоп», потому что оно казалось им примитивным и глуповатым. Другие вчитывались в текст и были готовы над ним работать, но не могли найти время в своем расписании. Наконец, исчерпав все американские варианты, продюсеры обратились к иностранцу – к голландцу Полу Верховену. Он перебрался в Голливуд, когда у него на родине сменилась правящая партия и новые власти отказались финансировать дорогостоящие и/или радикальные постановки Верховена вроде романтической драмы «Турецкие наслаждения», военной картины «Оранжевый солдат» и хоррора «Четвертый мужчина».

Верховен к тому времени поставил в Америке всего одну картину, и вышедшая в 1985 году историко-приключенческая лента «Плоть и кровь» финансистов разочаровала. Это, однако, не сделало голландца менее разборчивым, и когда ему прислали сценарий «Робокопа», он тут же выбросил его в мусорную картину. Верховен счел, что это текст для второсортного фантастического боевика, а ему не хотелось связываться ни с первым, ни со вторым, ни с третьим.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

К счастью, жена режиссера Мартина была не столь скора на оценки. Она вытащила сценарий из мусора, прочла его и убедила мужа присмотреться к нему поближе. Когда Верховен это сделал, он осознал, что ему предлагают не примитивный боевик, а уникальное, хитроумно устроенное кино с переплетением социальных, криминальных, психологических, сатирических и даже религиозных тем. Последнее было для режиссера особенно интересным. Его всегда занимала личность Иисуса, а Робокоп был, в сущности, футуристическим Христом – воскресшим из мертвых защитником добра со стальными кулаками. Также Верховен не мог упустить шанс за американские деньги поиздеваться над американской культурой, которая его одновременно поражала и приводила в негодование. Наконец, ему понравилось, что сценарий не облагораживает насилие и не стесняется крови. Ведь Верховену, воспитанному на откровенной голландской живописи, претило голливудское фарисейство в отношении секса и убийств.

Поначалу, правда, постановщик, как и некогда Майнер, счел, что фильм должен быть серьезнее. По его мнению, «Робокоп» затрагивал слишком много разных тем, чтобы отвлекаться еще и на юмор. Не став спорить, Ноймайер и Майнер подготовили новую, более серьезную версию текста, и, прочтя ее, Верховен убедился в правоте сценаристов. Сатира не перегружала фильм, а делала его глубже и увлекательнее, и важные для Верховена душевные, трагические сцены (вроде эпизода, где главный герой находит свой бывший дом и вспоминает семейную жизнь, которой лишился после превращения в робота) от сатирических отступлений ничуть не страдали.

Поэтому режиссер вернулся к предыдущей версии сценария и в дальнейшем стал едва ли не более ярым защитником сатиры «Робокопа», чем Ноймайер. Также он начал подчеркивать фашистские аспекты повествования, чтобы высмеять не только корпоративную Америку, но и тех, кто считает, что все проблемы можно решить пулей в лоб.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Найдя постановщика, продюсеры наконец-то смогли приступить к поиску Робокопа. Точнее, исполнителя его роли. Поначалу они думали о внешне внушительных звездах вроде Арнольда Шварценеггера и Рутгера Хауэра, но вскоре сообразили, что здоровяки подходили на роль суперкрутого копа, но не на роль простого полицейского, превращенного в киборга и закованного в стальные доспехи. Шварценеггеру не нужна была броня, чтобы воевать с наркомафией. К тому же актеру-«шкафу» потребовались бы столь громоздкие доспехи, что он не смог бы в них двигаться. Так что офицера Алекса Мерфи нужно было искать среди обаятельных, подтянутых, мужественных, но худых и не мускулистых исполнителей. Таких, как нанятый после четырехмесячных поисков Питер Уэллер, прославившийся благодаря трэш-фантастической комедии 1984 года «Приключения Бакару Банзая: Через восьмое измерение».

Как только Уэллер подписал контракт, он тут же нанял преподавателя пантомимы Мони Якина (отца сценариста и режиссера Боаза Якина, создателя «Городских девчонок») и начал отрабатывать жестикуляцию робота. Продюсеры и режиссер тем временем продолжили собирать труппу, порой принимая весьма нестандартные решения. Так, роль корпоративного злодея Дика Джонса, сторонника бездушных и жестоких «правоохранительных» машин, получил актер и музыкант Ронни Кокс, обычно изображавший положительных персонажей, а криминального босса Кларенса Боддикера сыграл Куртвуд Смит, более привычный к ролям интеллектуалов. Чтобы подчеркнуть необычность Боддикера, Верховен дополнил его образ очками. Заодно это позволило провести визуальную параллель с Генрихом Гиммлером.

В сценарии глава проекта «Робокоп» Боб Мортон был выведен как один из злодеев – наглый, амбициозный, нюхающий кокаин корпоративный чиновник, который хочет продвинуться по службе, превращая людей в запрограммированные машины. Но он все же был более привлекательным типом, чем негодяи-социопаты Джонс и Боддикер. А когда на эту роль был взят обаятельный телевизионный актер Мигель Феррер, Мортон превратился в почти что положительного героя. Или по крайней мере в персонажа, чья смерть не оставляет зрителей равнодушными.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Роль полицейской напарницы сперва Мерфи, а затем Робокопа должна была сыграть Стефани Цимбалист – звезда закрытого после пяти сезонов романтико-детективного сериала «Ремингтон Стил», где ее экранным партнером был Пирс Броснан, будущий Джеймс Бонд. Однако в последний момент студия NBC решила снять еще один сезон популярного шоу, и место Цимбалист заняла Нэнси Аллен, номинантка жанровой премии «Сатурн» за фантастический фильм 1984 года «Филадельфийский эксперимент».

Действие «Робокопа» развивалось в Детройте, и Ноймайер очень хотел, чтобы в кадр попали реальные депрессивные пейзажи бывшей столицы американского автопрома, которая сдала свои позиции под напором японских конкурентов, продажных политиков и безжалостных бизнесменов. Но, как это ни иронично звучит, Детройт был слишком депрессивным для футуристического фильма, где надо было показать не только умирающий «Старый Детройт», но и процветающий «Новый Детройт», район корпоративных небоскребов из стекла и бетона. Так что съемки проходили в столице американских сталеваров Питтсбурге, штат Пенсильвания, и в бурно развивающемся Далласе, штат Техас, неофициально известном как «Силиконовая прерия» (по аналогии с калифорнийской «Силиконовой долиной»).

Понятно, главной проблемой «Робокопа» был не поиск подходящих небоскребов и заброшенных заводов, а костюм заглавного героя. Его создание было поручено мастеру спецэффектов Робу Боттину, ранее работавшего над такими лентами, как «Вой», «Нечто» и «Легенда», но участие в этой работе принимали все основные авторы фильма, и после многомесячных споров и постоянных перекраиваний дизайна Боттин и Верховен настолько «достали» друг друга, что перестали разговаривать и до конца съемок общались через посредников. Откровенно говоря, сказывалось, что Верховен, Ноймайер, Дэвисон и многие другие создатели картины прежде над столь сложными фантастическими лентами не работали, и им на ходу приходилось осваивать новые грани профессии.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Самым смешным во всем этом процессе было то, что окончательно утвержденный дизайн Робокопа был очень похож на то, что Боттин предлагал с самого начала: «Человек в стальных доспехах». Хотя Верховен и Ноймайер какое-то время настаивали на варианте, который более походил на машину, чем на человека, они все же осознали, что Робокоп должен быть футуристическим рыцарем, а не танком на ножках.

Из-за этих проволочек костюм Робокопа – многослойная конструкция из множества отдельных деталей с мягкой тканью внутри и твердым стеклопластиком снаружи – был закончен и доставлен на съемочную площадку лишь в день начала съемок, то есть с опозданием на несколько недель. Тут же разразился новый скандал. Оказалось, что костюм слишком громоздок, чтобы Уэллер мог двигаться в нем так плавно, как изначально предполагалось. Все его тренировки пошли насмарку, и съемки пришлось остановить на несколько дней, чтобы актер и его учитель пантомимы спешно разработали и отработали новую походку и новые жесты.

Со стороны может показаться странным, что профессиональному актеру нужно так много времени, чтобы научиться ходить, но когда на тебя надеты массивные доспехи, каждое движение превращается в испытание. А так как съемки проходили с начала августа до конца октября 1986 года, то бедняга Уэллер страдал не только от веса костюма, но и от палящего далласского зноя. Актер терял по килограмму пота в день, и он должен был постоянно пить воду, чтобы не заболеть от обезвоживания. Ближе к концу съемок в его костюм был вмонтирован вентилятор, но к этому времени самые жаркие дни уже остались позади.

Кадр из фильма "Робокоп"

Кадр из фильма "Робокоп"

Вообще, съемки «Робокопа» были пыткой для всех их участников. Как из-за нестерпимой жары, так и из-за продолжающихся творческих разногласий. Верховен не вписывался в бюджет и не выдерживал график, и это раздражало студийных финансистов, которые регулярно приезжали на съемки, чтобы сделать режиссеру «втык». Не рады были и жители Далласа, потому что город регулярно оглашали громкие ночные взрывы (киношники оккупировали целую улицу заброшенных зданий, чтобы беспрепятственно их взрывать). Пожарная же охрана и вовсе грозилась запретить съемки – особенно когда пиротехники подорвали декорацию бензоколонки и чуть не устроили настоящий пожар. Счастливы были лишь местные журналисты, которым всегда было о чем писать.

Несмотря на все проблемы и трудности, съемки все же продвигались ни шатко ни валко. Параллельно с работой на съемочной площадке аниматоры-кукольники под руководством Фила Типпета (будущего «динозавровода» «Парка Юрского периода») корпели над сценами с участием неуклюжего боевого робота ED-209, дизайн которого был вдохновлен кузовами гигантских американских внедорожников. Благодаря комбинированным съемкам в большинстве фрагментов снималась не все же построенная для фильма модель ED-209 в натуральную величину, а помещавшаяся в руках «миниатюра» с артикулированными конечностями. Конечно, «оживлять» кроху было куда проще, чем ее исполинскую сестру. О компьютерных эффектах речи в то время не шло, и потому сейчас сцены с ED-209 кажутся самыми устаревшими в фильме. Ведь для их создания использовались приемы, которые были известны в Голливуде со времен первого «Кинг Конга».

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

Если эффекты в фильме были полностью аналоговыми, то саундтрек все же использовал компьютеры. Точнее, синтезаторы. Один из ведущих голливудских композиторов 1980-х и 1990-х Бейзил Поледурис соединил оркестровый и синтезаторный звук, чтобы подчеркнуть главную тему фильма – противостояние машины и человека.

Когда картина была завершена, рейтинговая организация MPAA присвоила ей самый жесткий рейтинг X, закрывающий фильму путь во многие кинотеатры. Обычно этот рейтинг резервируется для лент на грани порнографии, но проблемой «Робокопа» был не секс, а кровавое, садистское насилие с отрубанием рук и расстрелами из пулемета. Верховен полагал, что насилие в его фильме столь запредельно, что оно перестает быть страшным и становится абсурдным, но цензоры подошли к этому вопросу формально, и режиссеру пришлось урезать самые жесткие фрагменты, чтобы картина все же получила приемлемый для кинотеатров, но все еще «взрослый» рейтинг R. Что не помешало выпустить серию детских игрушек по мотивам «Робокопа». Все прекрасно понимали, что даже если дети не увидят фильм в кино, то они точно посмотрят его, когда он появится на как раз вошедшем в моду видео.

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

Выйдя в прокат 17 июля 1987 года, «Робокоп» не стал суперхитом. 13-миллионная картина заработала в Америке 53 миллиона долларов – более чем достойный результат, но сравнимый с 38-миллионными американскими сборами в два раза более дешевого «Терминатора» и даже близко не стоящий с 250 миллионами первого «Индианы Джонса». Правда, в титрах «Робокопа» не было ни одного по-настоящему громкого имени, и глуповатое название картины (создатели ленты не раз порывались его сменить, но так этого и не сделали) продолжало отталкивать самых требовательных зрителей. Они оценили ленту лишь после выхода на видео, когда благодаря рецензиям в прессе и зрительским отзывам стало ясно, что Верховен снял новую классику жанрового кино, равно успешную как боевик, как фантастика и как социальная сатира.

Во время сочинения сценария Майнер и Ноймайер снабдили «Робокопа» множеством ярких и запоминающихся фраз, и некоторые из них стали популярными цитатами. Наибольший успех, однако, пришелся на долю бросовой шутки «Я бы купил это за доллар!», которую Ноймайер придумал лишь для того, чтобы отметить, что в будущем телевидение будет еще тупее и примитивнее, чем в 1980-х. Он даже не предполагал, что эти слова будут вызывать смех и что они врежутся зрителям в память. Даром что они повторяются в фильме несколько раз и звучат не только из уст Биксби Снайдера – вымышленного усатого комика в стиле британца Бенни Хилла.

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

На съемочной площадке фильма "Робокоп"

Между прочим, коронная фраза Снайдера (переиначенный слоган «Купите ли вы это за четвертак?» из опубликованного в 1951 году фантастического рассказа Сирила Корнблута «Марширующие кретины», где также речь шла о грядущем отупении) породила среди поклонников фильма полемику о том, что эти слова означают и почему они вызывают столь бурный смех. Одна из свежих теорий гласит, что в Детройте «купить за доллар» стало означать «поддаться на “развод”», так как после финансового краха городской индустрии и отъезда из города многих жителей опустевшие дома стали продаваться по символическим ценам. Казалось бы, выгодное предложение, но разваливающееся жилье в вымершем квартале – это не отличная находка, а капкан для «лоха».

Имел ли это в виду Ноймайер? Нет, он настаивает, что не вкладывал в эту фразу никакого особого смысла. Но в нынешнем Детройте в самом деле можно купить дом за доллар, и это в самом деле ловушка для «лузеров». Прибавьте к этому военизацию американской полиции, распространение дронов, эксперименты по созданию киборгов, приватизацию тюрем (в фильме была приватизированная полиция)… Предсказанное «Робокопом» будущее начинает сбываться. И осознавать это страшно. Правда, было бы не так уж плохо, если бы безвременно погибшие люди возрождались в виде стальных борцов со злом. Но опыт показывает, что предсказания о злодеях сбываются чаще, чем предсказания о героях…

Комментарии  69

Читайте также

показать еще


Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть