Рецензия на фильм «Дети шпионов 3-D: Игра окончена»

Все они пришли блеснуть в сугубо детском фильме из уважения к Роберту Родригесу – не только культовому режиссеру, но еще и драматургу, продюсеру, композитору, оператору, художнику, монтажеру и художнику по спецэффектам. Каждый, кроме Сталлоне, не продержался в кадре более тридцати секунд. Сталлоне продержался минуты четыре. Потому что самое важное в фильме "Дети шпионов 3-D: Игра окончена" не звезды, а компьютерная игра, внутри которой мы оказались. Суперзвездопад здесь только одна из примочек…Потому что самое важное в фильме "Дети шпионов 3-D: Игра окончена" не звезды, а компьютерная игра, внутри которой мы оказались. Суперзвездопад здесь только одна из примочек.

Первые две части этого кинокомикса шли по нисходящей – от очень неплохой первой к очень посредственной второй. В третьей части нужно было чем-то удивить. По-моему, Родригесу это удалось. Он окончательно переключил сферу интересов зрителя с сюжетных радостей на спецэффекты и сделал идеальный аттракцион типа компьютерное приключение. В это дело он вложил много фантазии и технической изобретательности, придумав и выстроив киберпространство в духе самых продвинутых современных игр, а иногда и перекрыв этот уровень. Он обнаружил недюжинное знание законов и психологии видеоигр и даже попытался смоделировать азарт, который в кино не имеет опор, потому что мы здесь не геймеры с джойстиком в руках, а зрители с попкорном. Картина азартна и скучновата одновременно – в зависимости от настроя каждого конкретного человека. И подростковая публика из кинозала в московском "Атриуме" выходила кто в полном восторге, а кто-то даже изобразил акцию протеста, скандировал с эскалатора в толпу: не ходите на этот фильм – фуфло! И разброс критических оценок в американской прессе тоже изряден – от "чудовищно" до "очень даже неплохо".

Обращать внимание на фабулу здесь дело бессмысленное – глупа до невозможности: тринадцатилетний агент Кармен Кортес с помощью парализованного дедушки-супермена должен спасти будущее человечества, а также зависшую в кибермире сестрицу, нейтрализовав новое изделие компьютерного злодея – игру-ловушку для всей детворы планеты. Ему нужно пройти пять уровней и дернуть за рычаг выключателя. Обстановка действия живо напоминает бесчисленные игровые хиты, от DOOMа до SimCity, но динамизм максимальный, экран огромен и мы находимся как бы внутри этого виртуального мира, который зыбок, изменчив, и некуда там ступить без риска потерять твердь под ногами. Фильм на 90 процентов анимационный: среда целиком смоделирована на компьютере, а живые актеры то и дело подменяются виртуальными копиями, что, надо сказать, слишком заметно. Но, в отличие от компьютера, мы никак не можем влиять на события – остается "болеть".

И здесь главный прикол фильма, который одни нещадно ругают, жалуясь на головные боли, а другие превозносят до небес, что опять-таки несправедливо. Родригес снял картину в двух вариантах: обычном, двухмерном, и 3-D, объемном. И если кинотеатр хороший, то в кассе вместе с билетом вам дадут очки, которые в нужный момент по команде с экрана вы и наденете, борясь с тесемочкой, – очки редкостно неудобны. Они не имеют ничего общего с теми качественными и довольно дорогими очками, что выдают в кинотеатрах системы IMAX, да и пленка в проекторе тут самая обычная. Поэтому уже нет той четкости, когда видна каждая пора на коже, но ощущение объема все-таки возникает, что делает некоторые эпизоды весьма эффектными. Выбранная Родригесом стереосистема почти ничем не отличается от той, что изумляла публику в московском кинотеатре "Октябрь" в 80-х годах. Светофильтры в очках один ярко-красный, другой интенсивно зеленый, вкупе они заметно редуцируют цветность фильма, так что вы смотрите словно через запыленное стекло слегка размытую, почти монохромную, но зато трехмерную картинку, с которой герой Сталлоне небезуспешно пытается заехать вам кулачищем в нос. Очки в точности такие, как у героев фильма, только картонные и остаются вам в качестве сувенира.

По-видимому, отцовские заботы о собственных чадах подвигли Родригеса полностью отказаться от былого тарантиновского цинизма и сделать кино не только развлекающее, но и воспитующее.

В промежутках между крутыми спецэффектами в нем пропагандируются семейные ценности, звучат проникновенные слова о внимании к старшим поколениям и еще многое другое, что активно не понравится самым самостоятельным из зрителей.

Текст: Валерий Кичин