Реалистичный антипеплум про атеистку: рецензия на фильм «Агора»

Зрелищная драма про древний мир с очень актуальными подтекстами.

Египет, рубеж пятого века нашей эры. Гипатия  – дочь директора Александрийской библиотеки, в которой собрана вся мудрость мира, – любит двух мужчин: раба Давуса и политика Ореса. Предпочитая мирской суете занятия философией и астрономией, она держится в стороне от межрелигиозной розни, разжигаемой христианскими фундаменталистами. И, в конечном итоге, становится их жертвой.

Большим достижением «Агоры», бесспорным с самых первых кадров, является точно прописанная, исторически корректная и стопроцентно убедительная среда, в которой развертывается действие картины, — мир древних, скрупулезно воссозданный на примере египетской Александрии, «древнеримского Нью-Йорка», одной из крупнейших метрополий того времени. Видеть это тем более отрадно, что на той же самой Мальте, где снималась «Агора», десять лет назад Ридли Скотт вкалывал над «Гладиатором», наследующим совершенно другой традиции в изображении римских граждан, идущей от старых голливудских пеплумов, патетических эпиков в жанре «сандалии и меча».

«Агора» дистанцируется от комиксной пеплумной картинки сразу и безоговорочно, нисколько не теряя в зрелищности. Несмотря на экзотику, всегда чреватую увеличением дистанции между героями и зрителем, фильм у Аменабара получился совершенно человеческий, то есть легко конвертируемый в нынешнюю злобу дня. Которая, если иметь в виду главную интригу «Агоры» – конфликт между свободой мысли и религиозным фундаментализмом, – совершенно очевидна.

А попробуйте-ка конвертировать в современность «Гладиатора». Единственное упущение Аменабара – в рваном, ненадежном установлении связи между личной драмой Гипатии и историческим фоном, воссозданным так убедительно, что против «некорректного изображения христиан в фильме» запротестовала даже католическая церковь. Все эмоции перетягивает на себя как раз фон, герои же в какойто момент увлекаются каждый своей карьерой: один любовник перекрещивается в христианина, другой идет в политику, а главная героиня предпочитает витать в облаках до самого конца картины. Впрочем, принцип «каждый за себя, а боги – против всех» – тоже злоба дня, актуальная для всех исторических эпох без исключения.