Рецензия на фильм «Падающие ангелы»

Признаком хорошего кино – вот для таких, как некоторые – давно стало нежелание пересказывать содержание. Чтобы не отпугнуть невинных и не разочаровать искушенных. По этому признаку скромная бытовая драма "Падающие ангелы" канадца Скотта Смита – лучший фильм весеннего сезона или один из лучших. Еще одна метка избранности – на него никто не придет. На такие фильмы не ходят. Ни тебе мотоциклов, ни тебе спецэффектов, ни тебе даже знойных мексиканских страстей, экзотических красот или оперного пафоса. Ничего. Ноль. Вопль воздушной кукурузы: "Зачем такое снимают?!".

Да, ну, и не надо вам. Не ходите. Только тонус попортите. Так как даже если вы дерево, вы череночком почуете, что дело не в Канаде. Дело вовсе не в 1969 году. Предстоявшие каждому американскому провинциалу "сексуальная революция", "хиппи", "Уотергейт" – это все сидящий костюмчик для продюсеров Скотта Смита и издателей Барбары Гоуди. Дело также не в том, как погиб младенец. Наверняка в не изданном у нас романе объяснено, что мама случайно его выронила, хотя на подсознательном уровне сработало, что папа испортит ей жизнь, так как младенец был внебрачный. Или что-нибудь в этом роде, но тоже – лишняя деталь, так как фильм экранизирует лишь середину эпохального опуса, отследившего десять лет жизни семейки Филдов. Он экранизирует меньше года. Почуяв неладное, даже дерево поймет, что это – про него, и самые слабонервные тут же сделают ноги (зря потраченные деньги), а самые непрошибаемые досидят, разозлятся и выматерят (тоже зря потраченные деньги).

Снятый в русле "Девственниц-самоубийц", фильм еще менее остросюжетен и еще более подробен. Как Линней. Он описывает уже не газетную сенсацию областного масштаба, но полное отсутствие сенсаций в укрепрайоне. Маму, сравнительно молодую, хоронят три дочки и папа, который как бы отдельно. Отдельно уже потому, что первой звучащей фразой идет вопрос одной из дочек "А чего гроб такой короткий?" и комментарий другой: "Да он ей ноги отрезал, чтобы меньше заплатить". И вам даже в голову не приходит, что это кино про вампиров. Нет, вы только надеетесь, что это черный юмор. Но никакого черного юмора. Все вполне могло бы быть правдой, хотя просто покойники всегда кажутся меньше ростом. А потом вам покажут, как, видимо, раньше дочка сидит утром на унитазе, курит левой, а правой распыляет аэрозоль с освежителем. К ней заходит другая: "Уйди, дура". Потом врывается папа: "Пшла вон. Мне на работу. Что, опять курила, зараза?". Мама на диване смотрит телевизор в пьяном ступоре. Девочки идут в школу.

Несколько предсмертных маминых дней с парой воспоминаний о прошлом позволяют проиллюстрировать все сказочные мотивы современной цивилизации. Сама (Миранда Ричардсон) – спящая красавица, прынц ее (Каллум Кит Ренни) и три девицы под окном (Монте Гэнь, Кэтрин Изабель, Кристин Адамс). Только красавицу так и не разбудили, в прынце главное вовсе не то, что Иван, а то, что дурак набитый, и девицам – толстой, глупой и злой – уже в нежном возрасте не светит никакого "они жили счастливо и умерли в один день". Про тех, кто "из прошлого", все показано, про тех, кто "на будущее", все понятно. Семейка – как заколдованная своим "скелетом в шкафу", а уж его-то цивилизация всегда услужливо предоставит. Ведь ее сказки про "все, как у людей" – они против людей во всем. "День да ночь, сутки прочь" – а куда прочь? "Пойди туда, не знаю, куда, принеси то, не знаю, что"? "Падающие ангелы" для вечного "не знаю" уже не нуждаются в войнах и революциях, убийствах и самоубийствах. Им достаточно погреба, обустроенного на случай атомной бомбардировки. "Падающие ангелы" – сплошные вершки уже без всяких корешков. Но разве одна только Северная Америка – дети, не помнящие родства и впадающие в панику при виде любого шкафа?

Сказочное вранье покрывает быт, секс, школу, улицу, кухонную философию и раннюю беременность, изящным слогом – инцест и Сартра. Точное знание своих ролей удивляет в каждом артисте. Вот как надо нести своего президента. Вот как надо подтягиваться на физкультуре. Вот как надо рожать детей. То есть шанс используется каждой, хотя вместе была полная безнадега. Режиссер тоже знает, как снять умирающую принцессу, которая родилась умной, красивой и доброй. Фильм получился, поскольку все, сделавшие его, посвященного "не ведают, что творят", очень ведали, что творили. Дали массу ответов на роскошное, подавляющее большинство вопросов. В одной только Северной Америке, выходит, дети уже отрабатывают беспамятство. Им и жить. А мы можем только признаться, что, когда фильм ничуть не глупее нас, то с первого раза рецензия вечно не получается. Без второго барахло выходит.

Текст: Екатерина Тарханова