Рецензия на фильм «Даун хаус»

Их будут ругать за то, что "Даун Хаус" – в принципе анти-экранизация известного "Идиота". Правда, и не такое видали, но в данном случае авторы оторвались все же на единственном "полностью положительном" герое русской литературы. В свое время князь Мышкин задумывался как ипостась Христа, а для авторов фильма он "положительностью" не пахнет. Мало им общей "отрицательности" окружающей жизни?

Их будут и, наоборот, ругать за тупой пересказ, хоть он вправду совпал с нашим временем. Как бы эмигрантский сынок лечился в швейцарской психушке, а теперь, реабилитированный, прибывает на родину предков. Знакомится с новым русским, страдающим по интердевочке, которую прочат замуж за другого. Мафиози за это дают "другому" три вагона тушенки. Реабилитированный знакомится с интердевочкой, женихом, мафиози, их семьями. Знакомые дерутся и ругаются, новый русский готов переплюнуть тушенку деньгами, интердевочка их, как водится, бросает в огне гореть, а реабилитированный все время хочет жениться, а ему все время мешают. Только никакой психологии, которая у Достоевского создает интерес и драму во всех этих драках с гадостями, авторы "Даун-Хауса" не видели в страшном сне. Что ж они видели?

Больше всего их будут ругать за то, что даже бессюжетная современность много богаче, чем пара их жалких иллюстраций к несчастному "Идиоту", которого тысячу раз уже иллюстрировали. Изображение постоянно провисает и тормозит, хотя авторы говорят, что прицельно снимали "простенько": чтоб народу было понятно, а смотреть было вовсе не на что. Только чем же тогда заняться во время фильма?

Тем не менее, в ответ на ругань можно кое-что предъявить. Поверхность событий представлена "концептуальным" списком персонажей и исполнителей. По мере их появления просто любопытно рассматривать, что князь Мышкин – это Федор Бондарчук, Рогожин – Иван Охлобыстин, Тоцкий – Артемий Троицкий, генерал Иволгин – кинозвезда Ежи Штур, генерал Епанчин – Юозас Будрайтис, жена его – Барбара Брыльска, Фердыщенко – Александр Баширов, а в эпизоде также Елена Кондулайнен. Все рождают ассоциации. Кроме того, к событиям можно причислить "характерологические" детали. Над головой Рогожина четверо бодигардов носят от покушений снятую с петель большую дубовую дверь. Поверхность "людей" дана в виде экранизированных анекдотов, "словесную" поверхность создает очень ярко индивидуальное словоизвержение сценариста Охлобыстина, поверхность "музыкальную" - дикий микс Найка Борзова, Снегопадов, Ножа для фрау Мюллер, Ундервуда и пр.

То есть то, что предъявляют авторы – это не пустое место. Пусть за вычетом сюжета, принадлежащего Достоевскому, всей новой изобретательности хватает минут на двадцать, а дальше скучно. Но ведь на что-то ее хватает, а без нее нам дальше все равно не прожить.

Короче, "Даун Хаус" двинул в правильном направлении, просто авторы пока не в курсе, что подтверждается это только единством фильма и личной жизни. Зрителям, например, было отдельно сказано, что после съемок Иван Охлобыстин с беременной по четвертому разу женой уехал в Туркестан и постригся в монахи. Это пока ни к чему. Но, когда следующий "Даун Хаус" сам будет в курсе всей личной жизни своих создателей, в нем останется только правда. Каждый миллиметр экрана каждые полсекунды начнет превращаться в нечто невиданное-неслыханное, все замельтешит, заискрится и в целом забрызжет фантазией, как парк культуры имени Горького. Оторваться будет нельзя, князь Лев Николаевич Мышкин вернется из Туркестана, и дети опять родятся без смирительных рубашек.

Текст: Екатерина Тарханова