Рецензия на фильм «Ловец снов»

Может, кто и сошел с ума, но "Ловец снов" Каздана – это круто. Просто это не "Ловец снов" Стивена Кинга, а чисто кино на его предмет – ужастик с крупным бюджетом (68 млн. долларов) и классными спецэффектами. Но даже не по эффектам и не по деньгам он – ужастик нового поколения. Несмотря на кое-какие излишества и неряшества, Лоуренс Каздан надстраивает сам жанр. Не просто играет в "страшно, аж жуть", а то играет, то не играет, так что уже неизвестно, что жутче – когда в жизни есть страшненькие игрушки или когда вокруг игрушек есть страшненькая жизнь. И только ирония сохраняет равенство самой себе.

Начинается, как психодрама про средних американцев: на сеансе психоанализа, на экзамене в колледже, телефонные разговоры, дорожные происшествия. То, что все четверо американцев читают чужие мысли, не мешает им жить. Мало ли, кто о чем привык догадываться, если каждый день одно и то же? Зимой четверо едут охотиться в северные леса. Домик у них там с трогательными воспоминаниями, а под крышей – веревочная сетка со стильным узорчиком. Этот узорчик впервые нарисовал некто Дадиц в далеком детстве. Он их и подружил. Он был недоразвитый, а они спасли его от хулиганов. Тоже вполне психодрамный флэшбэк, не говоря уж о том, как сняты леса при дороге, по которой они едут. Вид сверху, столетние елки, заснеженное шоссе – "сотри случайные черты, и ты увидишь, мир прекрасен". Реален, во всяком случае. Более реален, чем всякая ерунда.

В охотничьем домике хорошо, только к ним забредает мужик, нездоровый на вид, замерзший и все время, пардон, громко пукающий. Они его пожалели, спать уложили, двое поехали в город, а он заперся в сортире, и там что-то жуткое происходит. Мужики сначала ржут, выбежав с вони на свежий воздух, потом рвутся в сортир – мама дорогая… У мужика была опухоль на груди, потом раздулся живот, ну, а позже его разорвало, и в унитаз из задницы что-то вывалилось. Единственное, что успели наши тихие американцы – захлопнуть унитаз крышкой, сесть на нее и сидеть насмерть. Впрочем, недолго просидели. К тому же другие двое по дороге наехали на замерзшую бабу, перевернулись, выжили, подошли к ней, а она живая. У ней тоже живот раздутый. И пока один побежал домой за снегоходом, а другой разводил костерчик, чтоб она не задубела, что-то из задницы бабы оставило на снегу извилистый кровавый след и тихо скрылось в сугробе.

Чуть позже, конечно, нам покажут "что-то" и еще больше. Четверо напоролись на обыкновенных глистов, только занесенных с других планет. Дальше, как полагается – драки, погони, подмены трупов, переселение душ, угроза глиста человечеству через водопровод. Глисты натуральны до боли, их яички – прям "Рикки-Тикки-Тави", логика ужастика железная, только все время ржешь, перед тем как вопить дурным голосом. Еще больше ржешь, когда все это расширяется. Леса оцеплены ЦРУ во главе с полковником Курцем (Морган Фриман) – прям "Апокалипсис сегодня" – а полковник уже четверть века ловит инопланетян и сбрендил на этой почве. С НЛО борется доблестный американский спецназ, идут штабные переговоры, "ковровые" бомбардировки, мирных жителей интернируют. Это уже просто остроумно.

Всю разнородность событий объединяет ровное, невозмутимое, "как ни в чем не бывало", отношение к ним как в кадре, так и за кадром. Четверо воспринимают любой бред как данность, как повседневный случай, полковник по степени бреда вполне равен тому, что творит, автор Лоуренс Каздан лишь констатирует факты максимально дотошно и выразительно. Вся прелесть нарастания бреда – что глисты как явление жизненны абсолютно, а шаг до превращения их в инопланетян тоже спровоцирован самой жизнью, при этом в любой неамериканской стране. Кого бабушка не пугала, что "будешь есть немытую черешню, заведется солитер, а его знаешь, как удаляют? Ставят ночью к кровати стакан молока, он слышит запах и начинает ползти изо рта, попить"? Бабушки бывают разные, разноязыкие, но по своей многовековой обязанности в каждом, кроме, может быть, беспризорников, селят страх на всю жизнь, до следующих внуков.

Каздан выбрал реальный животный страх и с его точки зрения рассмотрел повседневность. Это ход, противоположный обычным ужастикам, населяющим повседневность нереальными страхами. Но у флегматика Каздана и не могло иначе получиться. Человек, спокойно снимавший "Жар тела", "Случайный турист" и "Большой каньон", органически не способен отклониться от полной "психологической правды" и "внешней выразительности". "Мир прекрасен", и все тут. При этом тот же самый человек спокойно был сценаристом "Индианы Джонса" и ранних "Звездных войн", то есть воображением работает легко. За счет подобной твердости взаимосвязей, за счет присутствия логики во всей жизни, не дающихся без юмора, максимального и отвечающего за любые базары, "Ловец снов" слегка ошеломляет. Это что ж получается – лучше, чтобы солитер лез из тебя попить, чем Иракская война, зарвавшаяся власть, тупая повседневность и автокатастрофы с эпидемиями? Кирпич на голову нежданно – да на кой черт, если вечно и неизменно в нас проживают глисты? Что мешает смириться с ними, если миримся с остальным?

При таком могучем повороте к реализму ужастика, к реализму, оказывается, всего, что до сих пор вечно и неизменно считалось "играми", "жанром", фильм, конечно, не избег мелких недоделок. Там явно что-то лишнее с раздвоением трупа и библиотекой цвета сепии, с инопланетянином-гуманоидом, с подробностями о Дадице.

Стремясь максимально полно выразить свои впечатления от Кинга, Каздан местами сбивается на скороговорку. Ну, пусть ему кто-то этого не простит.

Текст: Екатерина Тарханова