Рецензия на фильм «Буратино»: он не игрушка? он живой?

Российский кинематограф окончательно стал сказочным. Ежемесячно на большие экраны выходят попытки переосмысления волшебной классики, а в производстве таких еще дюжина. Выделяются те, кого больше рекламируют, — и «Буратино» Игоря Волошина стал как раз таким проектом. В новой экранизации истории о деревянном мальчике — обилие графики, красивых декораций и даже замудренной комедии дель арте находится место, однако любые яркие приемы меркнут перед отсутствием адекватного сценария. 

Карло (Александр Яценко) живет совсем незавидно: столярное дело приносит копейки, жена умерла. Мужчина все-таки остается добрым душой — и оттого помогает трем живущим у него дома достопочтенным тараканам. А те, в свою очередь, решают подсобить бедняку: летят к волшебнице Тортилле (Светлана Немоляева) и просят золотой ключик, чтобы Карло мог исполнить любую свою мечту. И, конечно, вместо хорошего дома или одежды без дырок мужчина просит… сына. По мгновению ока сверкающая субстанция — она же душа — вселяется в полено, из которого Карло предстоит выстругать себе ребенка. Позже в школу мальца не принимают (он деревянный!), а вот в местный театр забирают с руками и ногами — в Буратино мгновенно влюбляется публика. Отсюда жизнь мальчика начнет катиться по наклонной: от работы на настоящего тирана Карабаса (Федор Бондарчук) до воровства. 

Александр Яценко в роли Карло на кадре из фильма «Буратино»

Несколько раз за фильм произносится загадочное словосочетание «комедия дель арте», которое, по всей видимости, должно служить объяснением происходящего на экране, но едва ли будет считываться самой юной аудиторией. Между тем обращение к этому жанру неслучайно: «Буратино» Алексея Толстого — адаптация итальянского «Пиноккио» Карло Коллоди, а действие новой версии сознательно перенесено в Италию, где комедия дель арте и возникла. В сценической традиции актеры работают с масками, импровизацией и архетипами, что в свое время сыграло ключевую роль в развитии западноевропейского театра. Однако сам фильм этим принципам почти не следует: актеры редко отходят от прописанных реплик и словно двигаются по заранее заданным траекториям, отчего кажутся гораздо более деревянными, нежели сам Буратино. Возможно, будь комедия дель арте не декларируемым, а рабочим методом, картина смотрелась бы живее и органичнее.

Насколько неясным остается предназначение комедии дель арте в фильме, настолько же расплывчатым кажется и жанр картины: в моменты, когда дети играют с головой Буратино, а ожившее полено надвигается на Карло, кажется, что перед нами хоррор. Приключенческим фильм назвать не получается — герои определенно сталкиваются с препятствиями, но преодолевают их слишком быстро и просто. К мюзиклам «Буратино» причислить тоже сложно, даже несмотря на то, что над актуальными аранжировками знакомых номеров, вроде песен Буратино или Тортиллы, работал Алексей Рыбников — композитор классического фильма. Обновленные версии композиций вполне узнаваемы, а вот написанные с нуля специально для экранизации мелодии звучат непримечательно и совсем не запоминаются. В итоге больше всего для картины подойдет жанр разговорной драмы: персонажи и правда очень много времени проводят в диалогах, а в конце происходит по-настоящему трагический поворот, который, кстати, тоже может напугать юных зрителей. 

Анастасия Талызина в роли Мальвины на кадре из фильма «Буратино»

Стремление придать «Буратино» ощущение новизны считывается сразу, однако попытка не удалась — хотя бы потому, что актерский ансамбль представляет собой коллектив хорошо знакомых актеров, которых мы видим постоянно. Марк Эйдельштейн и Александр Петров недавно появлялись в отгремевшем «Сто лет тому вперед», Лев Зулькарнаев и Рузиль Минекаев прославились после «Слова пацана», а у Александра Яценко совсем недавно был магический опыт в менее разрекламированных «Легендах наших предков». Новичком в труппе театра становится Степан Белозеров, трогательно исполнивший роль Пьеро, — те, кто будет ждать его романтическую линию с Мальвиной, останутся разочарованными. К сожалению, даже великая Светлана Немоляева, уже давно привыкшая играть скорее в театре, перед камерой выглядит чрезмерно экспрессивной и едва ли убедительной. Лучшим дуэтом по праву можно назвать Лису Алису и Кота Базилио в исполнении Виктории Исаковой и Александра Петрова — у актеров замечательно получилось сохранить харизму любимых с детства персонажей.

Буратино на кадре из фильма «Буратино»

Что в «Буратино» завораживает, так это творческий размах декораторов и художников по костюмам. Италия на рубеже XIX-XX веков выглядит правдоподобной: то и дело виднеются изразцы на стенах, а уличные базары словно переносят в прибрежный город Римини. Образы персонажей создавала художница по костюмам Надежда Васильева — ее фирменный стиль легко считывается в облике героев. За плечами Васильевой опыт работы как над кино Алексея Балабанова, так и над недавними «Горынычем» и «Летучем кораблем», однако в «Буратино» выбранная ею эстетика тяготеет скорее к первому. Темные, местами нарочито грязные костюмы выглядят реалистично, но с трудом вписываются в детскую сказку, которая предполагает визуальную яркость. Особенно показателен образ Мальвины: вместо привычных роскошных синих локонов — короткие, спутанные, почти серые волосы, лишающие персонажа сказочной выразительности. 

Виктория Исакова и Александр Петров на съемках фильма «Буратино»

Над сценарием «Буратино» работали завсегдатаи студии Art Pictures — Андрей Золотарев в соавторстве с Аксиньей Борисовой и Алиной Тяжловой, однако именно драматургия становится главным разочарованием картины. В классической истории золотой ключик был финальным чудом и смысловым центром повествования, тогда как в новом прочтении главный атрибут появляется в первые пять минут. История развивается без четкого направления, а конфликты остаются поверхностными: внутренние переживания Буратино связаны с ощущением, что Карло его разлюбил, они возникают и исчезают слишком легко, чтобы стать по-настоящему значимым препятствием, а противостояние с Карабасом чисто формальное — его пафосные речи о театре скорее вызывают смех, чем страх. В результате фильм наполняется чередой случайных встреч и эпизодов, не складывающихся в цельное высказывание. Особенно досадно, что сценарий лишь намеками касается темы инаковости — Буратино несколько раз связывает свои беды с деревянным происхождением, — но чужеродность героя так и не становится смысловым ядром истории. А ведь детям, которые часто ощущают себя не такими, как все, так важно было бы увидеть на экране принятие Буратино обществом.

Экранизация Игоря Волошина оказывается показательным симптомом нынешнего состояния российского сказочного кино: масштаб, бюджет и визуальная изобретательность подменяют собой историю, а знакомый сюжет служит лишь поводом для демонстрации производственных возможностей. За нарядными декорациями и звездными лицами скрывается растерянность — фильм словно не до конца понимает, для кого и зачем он снят, балансируя между детской сказкой, взрослой драмой и жанровым экспериментом, которому не хватает смелости пойти до конца. Новая версия «Буратино» повторяет судьбу многих современных переосмыслений классики: ключик найден слишком рано, а дверь так и остается закрытой. Но есть и хорошая мысль, которую можно вынести из фильма: детей надо любить, даже если они деревянные и не хотят становиться адвокатами.