Наверх
Т-34 Снежная Королева: Зазеркалье Мэри Поппинс возвращается Крид 2 Стекло Две королевы Бабушка легкого поведения 2 Зеленая книга Холмс и Ватсон Спасти Ленинград

«Наше время»: Тихое кино о быках, поэзии и сексе

Самый личный — возможно, слишком личный — фильм в карьере Карлоса Рейгадаса, мексиканского последователя Тарковского и Дрейера.

6
оценка

Хуан и его жена Эстер (их играют сам режиссёр и его супруга) живут на уединённом ранчо где-то в мексиканской глубинке. Он — поэт, и довольно известный, правда, теперь селекция быков его занимает куда больше ямбов и анапестов. Она — жертва первой пылкой любви, вынужденная теперь всё время посвящать семье и детям. Когда на ранчо приезжает американский приятель Хуана, Эстер заводит с ним страстный роман. Муж об этом узнаёт, но ничего не предпринимает — его, кажется, вообще не обижает измена. Только то, что жена не хочет с ним её обсуждать.

Кадр из фильма "Наше время"

Кадр из фильма "Наше время"

«Наше время» открывается, возможно, самой красивой сценой из всех, что были в фильмах ушедшего года. Прекрасный широкоугольный портрет ребяческих забав, изощрённо снятый пустяк, безмятежный и чувственный. Всего за десять минут детских игр и юношеских заигрываний Рейгадас проводит нас сквозь годы человеческой жизни, консервирует время в маленьком пространстве мексиканского пляжа. Формально он всего лишь показывает, как развлекаются дети главных героев, — глобально он умещает в краткой форме мироощущение сразу нескольких жизненных этапов.

Кадр из фильма "Наше время"

Кадр из фильма "Наше время"

Сцена заканчивается, герои на экране взрослеют. Но безмятежность никуда не уходит, как не уходит и восхитительная буколика, сельская лирика мексиканской глубинки — этакого оторванного, абстрактного мира гармонии и спокойствия, где одни лишь быки, да пейзажи, да радость, да благодать. Первые полтора часа «Нашего времени» — бесподобная кинопоэзия, в которую совершенно не хочется вникать, но хочется ощущать, проживать, существовать вместе с ней. Вот только те, кто видел работы Рейгадаса ранее, наверняка поймут, что где-то здесь закрался подвох. Его кино ведь вовсе не про радости жизни.Скорее про её агонию.

И действительно, ровно посередине происходит надлом. Фильм от общего переходит к частному — бытовой истории об измене, отношениях, любви и сексе. Широкие пастбища сменяются душными комнатами, свободолюбивую камеру цепями прибивают к штативу. Поэзия становится прозой, изящный киноязык прогибается под тяжестью языка словесного, языка любовных писем и закадрового бубнежа. Даже сама природа мексиканских прерий подчиняется бытовому, от широкой символики уходит в узкую метафору половых сношений (бык сажает коня «на рога», да).

Кадр из фильма "Наше время"

Кадр из фильма "Наше время"

Это, в общем-то, обычная болезнь фестивальных фильмов — многим режиссёрам куда интереснее писать пространство, чем то, что в нём происходит (или же у них это просто лучше получается). В лёгкой степени тем же страдали, например, прошлогодние «Лицо» и «Между рядами». Оба — потрясающие фильмы, но с заметным сломом в динамике в том месте, где от забавного бытописания им надо перейти к конкретным драмам конкретных героев. У Рейгадаса то же самое, только у него этот контраст куда заметнее — потому что сколь прекрасно его общее, столь же скучно частное.

Рейгадас загоняет себя — а одновременно и зрителя — в бесконечный цикл мытарств и истерик. Видно, что ему в этих рамках тесно: фильм то и дело пытается вырваться из тесных комнаток нудных страдальцев и отправиться куда-то вверх — чего стоит одна сцена приземления самолёта, снятая как бы «от первого лица». В этом, наверное, и есть творческий замысел режиссёра — через зрительское восприятие передать то, что чувствует сам герой, у которого отобрали маленькие радости жизни и заставили слоняться по узким коридорам и подворотням, неловко поглядывая в окошко на то, как развлекаются другие.

А раз уж так задумано, то вроде как и критиковать фильм не за что. Но все равно обидно, что Рейгадас предаёт себя и, отбросив всякую метафизику, спускается на землю и пытается давить через рациональное. Видимо, таков побочный эффект того, что «Наше время» — самый личный фильм режиссёра, о чём он, кажется, только рад лишний раз напомнить. Как правильно заметил один иностранный журналист, это «фильм Рейгадаса о Рейгадасе для Рейгадаса», трёхчасовой сеанс у семейного психолога, обёрнутый в тяжеловесный переплёт и предоставленный на откуп публике. Но для личностной драмы фильм чересчур дистанцируется от своих героев, а для «мексиканского Тарковского» Рейгадас слишком много говорит.

С 17 января в кино.

Оставайтесь с нами на связи и получайте свежие рецензии, подборки и новости о кино первыми!

Яндекс ДзенЯндекс Дзен | InstagramInstagram | TelegramTelegram | ТвиттерТвиттер


 35

Читайте также

показать еще

Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть