Наверх
Шазам! Кладбище домашних животных Потерянное звено Хеллбой Домовой После Миллиард Проклятие плачущей Варавва Синонимы Мстители: Финал

Фильм «Запрещено к показу!» (в оригинале – труднопереводимое Destricted) наконец-то выходит у нас 16 августа, хотя изначально премьера планировалась сразу после показа на ММКФ. Но тогда картина не получила разрешительного удостоверения от Госкино, что означает цензурный запрет. Это вызвало протесты со стороны прокатчика – компании «Кино без границ», обвинившей госкиновников в том, что те не видят разницы между порнографией и лентой, поднимающей проблемы порнографии в обществе. А кроме того, не дают хода картине, сделанной мэтрами и показанной на самом Каннском фестивале (еще в 2005-м, в параллельной программе «Неделя критики»). Чиновники сдались. Что же, смотрите. Подобного вы и впрямь не видели. Правда, идти на фильм романтически настроенным парочкам, из тех, что во время сеанса робко соприкасаются ладонями, я бы не посоветовал.

Растерянность госчиновников, как отнестись к фильму, понять легко. В середине 90-х Дмитрий Быков написал смешную эпиграмму на фильм модного на тот момент режиссера Андрея И «Конструктор красного цвета» (1993):

Хорошо, что в картине у И
Не висят на экране х*и.
Перейдя эту меру,
Он бы сделал карьеру
Посильней, чем Артуро Уи.

В фильме «Запрещено к показу!», официальный замысел которого в том, чтобы режиссеры отразили свои взгляды на секс и порнографию, упомянутые Быковым х*и на экране не только висят, причем добрую половину из примерно двух часов, но и производят активные действия. Причем как с помощью других органов человеческого тела, так и сами по себе. Например, в самой первой новелле Hoist, что можно перевести и как «Подъем», и как «Лебедка», мы долго, минуты четыре, наблюдаем странный организм черного цвета, в каких-то мхах, этакую пока еще слепую личинку явно доисторического ископаемого. Личинка восторгает – похоже, мы являемся свидетелями рождения нового мира. Но и пугает: не щенок ли это чего-то из сериала X-Files, опасный, антилюдской, постепенно просыпающийся среди окружающих его высоких холмов? Вонзится в нашу жизнь – и всем привет. Холмы не сразу принимаешь за мужские бедра и живот.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Запрещено к показу"

Растерянность при просмотре «Запрещено к показу!» возникает не только оттого, что на экране те самые органы тела, которые так удачно рифмуются с короткой фамилией режиссера И, – и органов противоположного пола тоже достаточно. Теряешься еще и оттого, что эта картина – вообще нечто для кино чуждое. Когда представители «Кино без границ» в полемическом азарте прикладывали киночиновников тем, что фильм гораздо скромнее выпущенных у нас ранее «9 песен» /9 Songs/ (2004), «Трахни меня» /Baise-moi/ (2000), «Битвы на небесах» /Batalla en el cielo/ (2005), «Кен Парка» /Ken Park/ (2002) , «Порнократии» /Anatomie de l'enfer/ (2004), они нечаянно лукавили. Он не просто насыщеннее деталями, он – другой. Когда некоторые из тех, кто споро отозвался на фильм после премьеры на ММКФ, писали, что мы видим подобное чуть ли не каждый день, они попросту не понимали, о чем говорят. Мы каждый день посещаем Центр Помпиду в Париже? Не вылезаем из нью-йоркского Гуггенхайма?

Кадр из фильма

Кадр из фильма "9 песен"

Дело в том, что «Запрещено к показу!» (и в этом главная проблема фильма) – не кино-, а фактически арт-проект. Из семи новелл четыре сделаны мэтрами современного арта, классиками видео, скандальной фотографии, жестких перформансов – Мэттью Барни (новелла про «личинку» – его), а также Сэм Тэйлор Вуд (это не он, а она), Ричардом Принсом и Мариной Абрамович. И если вы думаете, что самый крутой из них – Барни (что подробно, в связи с фильмом, объясняется где угодно), поскольку он муж Бьорк и автор действительно неповторимого концептуального мультичасового фильма «Кремастер» /Cremaster/, то ошибаетесь. Самая крутая по арт-меркам – 60-летняя уроженка Белграда Марина Абрамович, про которую на киносайтах, поскольку она «не наша», информации – ноль.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Порнократия"

Что касается трех участвующих в проекте собственно кинорежиссеров, то Ларри Кларк – тоже изначально прежде всего знаменитый фотограф. А двое других – фигуры и вовсе занятные. Даже и не скажешь, кто занятнее: Марко Брамбилла, который в давние 90-е сделал два фильма в Голливуде, в том числе громкого «Разрушителя» /Demolition Man/ (1993) со Сталлоне и Сандрой Буллок, а потом делся неизвестно куда, или Гаспар Ноэ, француз аргентинского происхождения, который так снял лучшую европейскую киночету Венсан Кассель-Моника Белуччи в хулиганском фильме «Необратимость» /Irreversible/ (2002), что та после этого едва не развелась.

Короче, это фильм, предназначенный для демонстрации на актуальных арт-выставках, а не в кинозалах. На выставках арт-критики в нем находили бы исключительно абстракции, которые не поддаются рациональным трактовкам. Но «Запрещено к показу!» выходит у нас как кинофильм. Так что все-таки отнесемся к нему по-нашему, рационально, пробуя отыскать в семи новеллах общую идею.

Она прослеживается. С сексом в современном мире – полный непорядок. У персонажей новелл есть все необходимые инструменты-органы, чтобы заняться любовью. Органы, в чем мы убеждаемся почти ежесекундно, находятся в рабочем состоянии. Гармонии, однако, ни на грош. Контактов между лицами противоположного пола – немного. Чтобы ответить «почему?», кратко изложим концепции всех мини-эпизодов.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Запрещено к показу"

В «Подъеме / Лебедке» Мэттью Барни, где вид восстающего из подземелья черного зверя вдруг сменяется кадрами бурящей землю фаллического вида техники, сексуальная активность человека равно ассоциируется с глубинной укорененностью в природу и тупым железным механицизмом.

В «Вызове врача» Ричарда Принса типичный порноэпизод прихода смазливого доктора к якобы заболевшей блондинке с грудью шестого размера идет под оптимистическую электроорганную тему из тех, какие обычно обзывают «Луч надежды» или «Безоблачный рассвет». Очевидный смысл в том, что подобные занятия для пар противоположного пола, при всем их соответствии порноканонам, очень позитивны.

Impaled (в переводе тоже затруднимся) Ларри Кларка – долгие разговоры с документальными юношами и девушками на тему первых сексуальных опытов и первых просмотров порнофильмов, причем с раздеваниями перед камерой и вариантом игры в полузабытое телешоу «Любовь с первого взгляда». Кульминация игры – выигравший мальчик выбирает себе партнершу, с которой занимается любовью перед камерой, – опять-таки срежиссирована по всем стандартам традиционного порно. Про самого Ларри Кларка, автора знаменитых «Деток» /Kids/ (1995) и «Кен Парка», невольно думаешь при этом, что он затевает свои актуальные фильмы о сексуальности молодежи исключительно ради того, чтобы снять голых и тем самым нейтрализовать собственные грешные желания, в ряду которых и скрытая педофилия.

«Синхронизация» /Synс/ Марко Брамбиллы, быстрая, под барабанный бой, нарезка из очень многих порносцен. В отличие от двух предыдущих авторов Брамбилла порнуху высмеивает. Впрочем, не столько порнуху, сколько гламурный секс из реклам и глянцевых журналов. Но ирония над правильным модным сексом, продемонстрированная Кубриком в «Заводном апельсине» /Clockwork Orange, A/ (1971) (где сцены секса шли в похожем – ускоренном в сто раз – режиме) или фильме «Отряд Америка: Всемирная полиция» /Team America: World Police/ (2004) (где в порносцене участвовали куклы-марионетки) – куда веселее.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Запрещено к показу"

В «Долине смерти» /Death Valley/ английской концептуалистки Сэм Тэйлор Вуд долина потому смерти, что в ней занимается самоудовлетворением одинокий мужчина, родственник того библейского, ставшего нарицательным персонажа, который был осужден Богом за то, что пролил свои живительные соки не туда, где они что-то породили бы, а в равнодушную к ним землю.

«Балканская любовная эпопея» /Balcan Erotic Epic/ Марины Абрамович – самая стебная часть фильма, пересказ вымышленных эротических обрядов балканских народов. Реальные съемки чередуются с анимацией. Пару раз почти падаешь от смеха.

Наконец, новелла Гаспара Ноэ «Каждый трахается поодиночке» /We Fuck Alone/ подводит черту под всем альманахом, ясно являя его концепцию: в современном мире сексу в основном радуются наедине. Пары существуют лишь в порно. Смешно, но мини-фильм Ноэ – единственный из всего альманаха, сопровожденный предупреждением, что может вызвать при просмотре нездоровые реакции. Знаете почему? Потому что все действие идет под стробоскоп: сплошная мигалка, способная плохо воздействовать на эпилептиков. В «Необратимости» Ноэ тоже использовал мигалку. Тут она нужна прежде всего для того, чтобы доказать зрителю, что его фильм не чистое порно, а чистый арт.

Общий вывод печален. Если верить фильму, то в современном мире отсутствует сексуальная гармония. Ее последним оплотом является порнография – там по крайней мере люди делают ЭТО не в одиночку. Оправдание порно – и есть радикальная идея «Запрещено к показу!».

Оставайтесь с нами на связи и получайте свежие рецензии, подборки и новости о кино первыми!

Яндекс ДзенЯндекс Дзен | InstagramInstagram | TelegramTelegram | ТвиттерТвиттер


 142




Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть