Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Двенадцать друзей Оушена"

Ключом к «Двенадцати друзьям Оушена» является вовсе не узнавание, удалось ли им расплатиться с Терри Бенедиктом, не результат конкуренции с Черным Лисом и даже не выход на самого Ламарка. Что вам Ламарк, что вы ему? Черт ногу сломит в хитросплетениях сиквела Одиннадцать друзей Оушена /Ocean's Eleven/ (2001), являвшегося к тому же римейком одноименного фильма Льюиса Майлстоуна 1960 года с Фрэнком Синатрой вместо Джорджа Клуни. Вот и не надо в них разбираться. Стивен Содерберг, вылупившийся когда-то из чистейшего каннского лауреата «Секс, ложь и видео» /Sex, Lies, and Videotape/ (1989), а затем ставший многостаночником («Кафка» /Kafka/ (1991), «Вне поля зрения» /Out of Sight/ (1998), «Эрин Брокович» /Erin Brockovich/ (2000), Траффик /Traffic/ (2000), Солярис /Solaris/ (2002)) снял свой сиквел совсем о другом. О том, как он сам стал многостаночником и какой в этом кайф. О том, что такое вообще кайф по-голливудски. Об истории Голливуда, в конце концов, потому что один из первых американских, еще доголливудских фильмов начинался словами «Большое ограбление… (поезда)». На такое большое дело Содерберг смело тратит 110 млн. долларов, об этом никто не пожалеет.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Двенадцать друзей Оушена"

«Двенадцать друзей Оушена» – тот случай, когда сюжет пересказывать даже не бессмысленно, а откровенно подло. Там прикол на приколе сидит и приколом погоняет. Ну, ограбленный в первой серии криминальной комедии грабитель Терри Бенедикт (Энди Гарсиа) разыскал всех своих грабителей и дал им две недели, чтобы вернуть награбленное. Из разных концов Америки они двинули в Амстердам, чтобы грабануть некого Ван дер Воде, у которого есть уникальная, первая, выпущенная в мире, биржевая акция Ост-Индской компании. Грабанули красиво, с азартом, но тут возник некий Черный Лис, и им пришлось двинуть в Рим, чтобы грабить в музее яйцо Фаберже. Упоминаются Романовы, одну из девочек Черного Лиса играет русская (Елена Потапова), что чертовски приятно. Только, ну, никакого отношения к полученному удовольствию эти яйца с акциями не имеют. Имеет – как маленького китайца отправили авиабагажом («Он же наш лучший форточник». – «Значит, теперь будет сумочник») или как Клуни с Питтом ночью смотрят телевизор, когда одного козла подло невовремя разбудили, и он приперся к другому козлу, невовремя влюбленному. И вот что они под телевизор друг другу говорят и как пьют, подлецы, и как Клуни подливает красненького в бокалы, а вообще из бутылки льет прямо на кровать, потому что все по фигу – вот он, кайф.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Двенадцать друзей Оушена"

Ключом к «Двенадцати друзьям Оушена» является тот факт, что Джулия Робертс страшно обиделась на продюсеров, поставивших ее имя на постере сильно после Кэтрин Зита-Джоунс. «Я с первой серии работаю, а она без году неделя, за что ж меня так? У меня статус пошатнется»… Только посмотрев сиквел, вы поймете, что эта бредовая обида абсолютно справедлива. Единственное, о чем идет речь всю дорогу наездов и грабежей, арестов и встреч, и подстав – именно звездный статус как воплощение жизненного азарта, как нахождение смысла жизни в профессии и ее абсолютной ценности. Как входит в кадр Энди Гарсиа, а как – Клуни, как Питт и как Робертс, как автопародийные Мэтт Дэймон и Зита-Джоунс, самоигральные Берни Мак и Дон Чидл, универсальные Венсан Кассель и Альберт Финни, даже какое место в табели о рангах занимают Йерун Краббе и Эдди Иззард – это не ярмарка тщеславий, но именно жажда жизни. И что уж тут говорить о Брюсе Уиллисе, изображающем себя лично. Всю дорогу речь идет вовсе не о кроссворде с грабителями, а о кроссворде со звездами. Когда ты его решишь, начинаешь ржать вместе с ними, каким бредом мы все занимаемся, чтобы только суметь остаться самими собой.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Двенадцать друзей Оушена"

Текст блестящий, трюки блестящие, только фишка с лазерной сеткой была уже в «Западне» /Entrapment/ (1999), но, с другой стороны, это тоже автопародия. В «Западне» вместо Касселя у-шу между лазерными лучами выделывала тогдашная «разбойница» Зита-Джоунс, которая нынче «казачка», а на самом деле – «двенадцатая». В целом «Двенадцать друзей Оушена» напоминают врожденную классику типа «Веселые ребята» – когда все само по себе так четко, что не требует четких сюжетов. То есть не надо тут же вспоминать «Веселых ребят» Григория Александрова с их продажным «монтажом аттракционов». Лучше вспомнить «монтаж аттракционов» как умственную, культурную идею и прийти к выводу, что в «Двенадцати друзьях Оушена» постмодернизм добрался до попсы. Вероятно, это и было смыслом постмодернизма. Даже тупой кукурузник озлится после кино, если вообще ни хрена не соображает. Но какое же он получит удовольствие, если соображает хоть что-то. Если хоть одним ухом слышал про «Перекресток Миллера» /Miller's Crossing/ (1990), «Четыре свадьбы и одни похороны» /Four Weddings and a Funeral/ (1994), «Шестое чувство» /Sixth Sense, The/ (1999) и чем они отличаются от жизни. Самоиронией. В жизни все умирают, а в кавычках – смеются.

Комментарии  199



Главное

 

Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть