Рецензия на фильм «Королевская битва»

Старый Киндзи напел крайне любопытные, неожиданные вещи. Вот все говорят, что "плох тот, кто не был в юности радикалом и не стал в старости консерватором", а оказывается, говорят это жлобы и бабы. Завещание умершего 72-летним, а мальчишкой начинавшего под бомбами в механосборочном цехе воензавода Киндзи Фукасаку – именно радикализм. "Королевская битва II" начинается с перечисления, кто подвергся бомбардировкам "той страны" во всем мире, начиная с Кореи-Вьетнама-Камбоджи, включая Ливию-Панаму-Сомали, заканчивая Боснией-Афганщиной. Чтобы больше ни за какие коврижки не воевать с "той страной", японские взрослые организуют маленькую победоносную внутреннюю войну. Сами родим террор – сами искореним, только не бомбите нас, не бомбите.

Антиамериканские пропалестинские настроения к вящей славе идейного терроризма не как огородного пугала, а как единственного средства противостоять Большому Террору делают "Королевскую битву II" едкой и действенной сатирой. Ближе к финалу совершенно изумляет сцена учителя с премьер-министром. И как сделана, и по сути. Фукасаку не назовешь ни Зюгановым, ни Анпиловым, у него другая ментальность, и если даже с ней он, держась за жизнь, наехал на жизнь без детей в компьютере под Америкой – значит, что-то в этом есть. Маленькую победоносную внутреннюю войну японские взрослые развязали с маленькими детьми. Если в первой серии это был чистый жанр – кровавая стрелялка-догонялка на уровне хай-тек, во второй Фукасаку хотел уже успеть обосновать философски жизнь как террористическое подполье, без скидок и реверансов. В предлагаемых обстоятельствах компьютерной игры это особенно актуально: хочешь – поживешь, не хочешь – хоть поиграешь.

К сожалению, старик умер в разгаре съемок, и фильм доснимал сын Кента. Сын пока ничем, видимо, не болеет, и это здорово сказалось на качестве результата. Молодой Кента, видимо, хочет еще вписаться. В результате на примере "Королевской битвы II" мы имеем идеальный образчик, как испортить хорошую вещь. Быстро разобравшись с воспоминаниями о первой серии, Кента упорно гнет обратно в жанр. Берет очередной выпускной класс школьников, запихивает его в ошейники со взрывателями, если кто, не дай бог, ослушается учителя, и под дулом пистолета отправляет детей на один мелкий японский остров сражаться с другими детьми – теми самыми, что в первой серии спаслись и окопались. Новым детям сражаться тоже не в кайф, поэтому красная краска пролилась еще до отправки. Ну, а высадка, рейд, атака и дальнейшая катавасия – это просто моря красной краски. Камеру каждый день, наверно, отмывали.

Перетерпеть отрывающиеся головы, очереди и взрывы, растяжки и еще живые тела без ног, подвешенные к проводам, было бы не вопрос ради свежей идеи жизни. Есть к тому же в картине ее визуализация – вперемешку холмы и долины, и руины, и подземные ходы, корневое влияние "Сталкера", культового в Японии, и технические эффекты, достигамые из плошек и поварешек вместо жидкокристаллических запчастей. Главное, чтоб работало. Жить можно прекрасно среди битых окон и с голой лампочкой под обвалившимся потолком, можно даже младенцев кормить грудью и выхаживать. Визуализация идет правильная – до тех пор, пока не кончается драматургия. Она просто кончается, а кино еще длится, длится и длится.

Так, ну, всех уже убили, а кто-то обязательно остался – это за час с лишним до финала. Дальше – чисто фильм "300 спартанцев" с соответствующим числом серий. 299-й спартанец, 298-й, 297-й, 296-й. При этом японская ментальность отличается от советской не только в лучшую сторону. Вероятно, в традициях старого театра масок живые японцы тоже не могут не форсировать мимику с интонацией. Поэтому каждый 299-й, 298-й, 297-й и 296-й, ввязавшиеся в драку, обязательно дико вращают глазами и орут дурным голосом. Вообще вздрагиваешь. А еще там есть мальчики и девочки, выясняющие отношения, и пока они их не выяснят так, что от приторности тошнит даже сторонних наблюдателей, кино тоже не кончится никогда. Это, надо сказать, действительно "их" ментальность – в неплохой недавней картине культового корейца Ким Ки Дука "Плохой парень" было в натуре 5-6-7 финалов, а он все не останавливался.

Парочка "воспоминательных" появлений Такеши Китано качество не спасает. Под занавес не знаешь даже, что сказать. Тот, кто досмотрит такую сбоящую пукалку до конца, помянет Киндзи Фукасаку лучше, чем это сделал его сын Кента.

Текст: Екатерина Тарханова