Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Рецензия на фильм «Долгая счастливая жизнь»

Не то чтобы очень стройная, но этапная работа режиссера

Не особо удачливого беломорского фермера Александра Сергеевича вызывают в местную администрацию, где предлагают отказаться от арендованной земли, обещая выплатить компенсацию и погасить кредит. Однако послушавшись своих работников, он отказывается от выгодного предложения, решив во что бы то ни стало отстоять ставшую родной землю.

Кадр из фильма "Долгая счастливая жизнь"

Кадр из фильма "Долгая счастливая жизнь"

Когда пару лет назад критика поспешила узаконить в правах «российскую новую волну», Бориса Хлебникова по праву назначили одним из главных ее представителей. Он действительно был важнейшим из «новых тихих» – так аттестовали поколение самые саркастичные. Ни на кого не возлагали больших надежд, никому не предъявляли больших требований. Среди прочего особый упор делался на неуловимость хлебниковских посылок. Хлебников до сих пор в своем кино изъяснялся негромко. Брал не глоткой, но тонкостью наблюдений, не резкостью суждений, а мягкостью оптики. Что ж, было и прошло.

Кадр из фильма "Долгая счастливая жизнь"

Кадр из фильма "Долгая счастливая жизнь"

Фильм был задуман как ремейк знаменитого вестерна Фреда Циннемана «Ровно в полдень». Картина участвовала в основном конкурсе Берлинале-2012. Кажется, впервые в фильме Хлебникова звучат выстрелы.

«Долгая счастливая жизнь», делавшаяся почти параллельно с игривым «Пока ночь не разлучит», желает покончить с мягкостью. Это кино-протест – против себя, против сложившейся фестивальной репутации, против шаблонов, засевших в критических головах. Уже само название (хулигански заимствованное не только у Егора Летова, но и у Геннадия Шпаликова) указывает критикам: делаю, что хочу – не мешайте! Но еще важней этой вольности радикальные перемены в главном герое и визуальной стилистике. Уже второй свой фильм Хлебников снимает с Павлом Костомаровым, который ставит камеру на штатив, лишь когда снимает красоты северной природы, как бы демонстрируя мелочность людских трагедий и страстей на фоне неумолимой и прекрасной осени. Костомаровская камера наполняет спокойных персонажей Хлебникова дурманящим бунтарским духом. Это он выводит из себя главного героя, приплывшего как будто из «Свободного плавания». Формальной мотивации для финального нервного срыва и кровопролития нет. Но тем они и страшнее, ведь Александр Сергеевич – альтер-эго самого режиссера, тихо вспахивавшего скудное поле русского кинематографа и вынужденного отдуваться за разбежавшихся соратников по «волне», как только назрела необходимость в актуальном высказывании.

Комментарии  29



Главное

 

Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть