Наверх
Хантер Киллер Пришелец Оверлорд Фантастические твари: Преступления Грин-де-Вальда Ральф против Интернета Апгрейд Вдовы Робин Гуд: Начало Проводник Все или ничего

Свобода – нечастый в сегодняшнем кино ореол «Хозяина морей». Кому-то на нем будет скучно, их можно пожалеть. Они бежали от свободы таким галопом, что даже не разглядели, какая она бывает. Но пусть постановщик Питер Уир – не Вернер Херцог с его Амазонией, Херцогу в голову бы не пришло работать в Голливуде. Пусть и романы Патрика О'Брайана – не «Моби Дик», и Большую Белую Рыбу в них замещают подробности корабельных снастей и англосаксонского патриотизма. Тем не менее, романист, считавшийся графоманом и несколько десятилетий писавший в стол, и постановщик, снявший «Вид на жительство», «Общество мертвых поэтов» и «Шоу Трумана», – оба прекрасно знают, какая свобода на баррикадах, какая приходит нагая, с какою стихией прощался Пушкин в стихотворении «К морю». Так что тех, кому на «Хозяине морей» скучно не будет в принципе, ждет редкое удовольствие.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Оно связано с тем, что несвобода фильма как раз непринципиальна. Что с того, что вся драма – в очередной погоне: как бравый нельсоновский капитан Джек покончил с французским капером, сначала доставшим его своим тактическим превосходством? Что с того, что все перипетии – погодные: как «Сюрприз» по южным морям мчится за «Ахероном» в жару, холод, шторм и штиль? Что с того, что шторма в Голливуде – компьютерные и бассейные: декорации и модели «Сюрприза» и «Ахерона» снимались в павильонах? Во-первых, снимали те, кто уже делал «Первую волну» и «Идеальный шторм» и знает вкус в открытом море, а Расселл Кроу в процессе подготовки ходил на яхте, по странному совпадению носившей название «Сюрприз». Во-вторых, подробно-киношный, а не компьютерно-игровой монтаж так дополняет бассейны Галапагосами и туманами, что роль прогноза погоды становится вровень с актерскими ролями. Все едино. В-третьих, погоню поддерживают два с половиной часа без женщин, шпионов и сомнительного прошлого. Многофигурная композиция занятых собственным делом на воле, даже в начале XIX столетия, даже в южных морях, чистотой проблематики тронет любого, даже сегодня, даже в стандартном офисе, если он занят собственным делом и имеет хоть какую-то фигуру.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Когда выходишь покурить с очередной туфты, этим, как правило, отрицаешь сам факт ее существования. Выйдя за пивом с «Хозяина морей», твердо знаешь, что он и без тебя обойдется, что он там прекрасненько продолжает существовать. Это редкое чувство спокойной уверенности дополнят у разных вольных поселенцев разные личные ассоциации. Не претендуя на конечную инстанцию, не отличая шпангоута от брам-стеньги, нельзя не отметить несколько самых масштабных. Дуэт Расселла Кроу и Пола Беттани, капитана и доктора, конформиста и радикала, функционера и интеллигента решен очень реально, притом что оба – классные специалисты. Вот сидят они под конец, исполняют по-дилетантски, но дуэтом Корелли – идеал человеческого согласия. А сиквелу все равно плясать не от обманов «выжившего врага», а именно от правды их «дружеской» пороховой бочки. Не все Беттани уступать Кроу, тешась должностью ближнего резонера, не все Кроу власть употреблять, утешаясь прощением близких, отольются ему докторские слезы, рано или поздно рванет. То есть как у О'Брайана – я не знаю, но сегодня именно так.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Не менее интересны фигуры гардемарина Блэйкни (однорукого) и гардемарина Холлома (самоубийцы). Оба – уже состоявшийся отыгрыш ситуации доктора и капитана. Один с детства, кудрявым голубоглазым ангелочком (13-летний Макс Пиркис), вписался и командует, другой чудно поет (англичанин Ли Инглби) и все зорко отрабатывает – зорче, чем капитан – но его записали в «Ионы». Иона во чреве кита оказался, когда утонул. В мелочах: раз седой – может каркать, поверят, или красавец-французский труп, не говоря уже о песнях и попойках, и мимолетных туземных барышнях – «Хозяин морей» создает реальную модель социума. На море, на свободе социальные проблемы действительно решаются, гармония светит, хотя и с большим трудом, чем и цепляет это мальчишеское, вроде детско-юношеское кино.

Кадр из фильма

Кадр из фильма

Ах, как доктор и Блэйкни с матросом ловили ящерок и баклана, и как стал виден «Ахерон», и как бросили все, не забыв открыть клетки, и все снято в режиме на фронтальных планах: несколько кадров – просто мечта. И если уж абордаж, то и пушки, и ружья, и шпаги, и рукопашная. Фильм Уира прикидывается мальчишеским, будучи очень по-взрослому подкованным в аргументации романтизма. Хотя, может быть, бездну ассоциаций он создает лишь постольку, поскольку все очень соскучились, с тех пор как лет двадцать назад Фукуяма в «Конце истории» заметал, что романтике больше нет места в жизни, что ее следует стыдиться, раз прагматика все съела, и в том числе ее прекрасно оприходовала.

Оставайтесь с нами на связи и получайте свежие рецензии, подборки и новости о кино первыми!

Яндекс ДзенЯндекс Дзен | InstagramInstagram | TelegramTelegram | ТвиттерТвиттер


Комментарии  93

Читайте также

показать еще


Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть