Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Чтобы старый кинокритик дважды в одну неделю посмотрел один вовсе не эпохальный, не душераздирающий и не головоломный фильм и у него уже образовались любимые моменты – дело на практике небывалое. Тем не менее, это так со стандартной, даже несколько затянутой комедией Спилберга «Поймай меня, если сможешь». Любимое – оно как-то вовсе не обязано быть выдающимся. Оно просто попадает.

Может быть, мне «попало» в связи с тем, что когда-то сто лет назад школьная литераторша, попутно бессменный школьный парторг, страшно гневалась, что нас, девятиклассников, вчера в качестве культпохода сводили на только вышедший «Блеф». Из учительской доносилось, что это антиобщественно, аморально, прямая пропаганда бесстыдства и беззакония, паразитизма и половой неразборчивости, чего-то там еще. Антонина краснела, примерно как партбилет – от невозможности членораздельно выразить свою ненависть ко всему жизнерадостному и простодушному. Мы сидели и лбом зазубривали про «колесико и винтик» (был такой ленинский оборот). Но затылком мы все продолжали чувствовать ритм походки Челентано. Но ладно, вам ни к чему лирические отступления, хотя «Блеф» помянут неслучайно.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Поймай меня, если сможешь"

Вместе с «Ва-банком», второй культовой заграничной плутовской комедией позднесоветского периода, он составляет весь скромный, но крепкий опыт советского народа по части плутовских комедий в принципе. «Аферу» мы посмотрели много позднее, но в большом антисоветском мире плутовское кино существовало всегда, а сам жанр появился вместе с древними греками. Он был особенно популярен в веселом итальянском ренессансе и богатом испанском, в гулящем французском барокко и самодовольном английском. Так что от Спилберга, поработавшего в жанре, столь богатом традициями, было бы даже странно ждать революционных свершений.

Тем не менее, хоть одно свершение налицо. В отличие от плутовских комедий прошлого века «Поймай меня, если сможешь» имеет полностью документальную основу. За счет этого как бы теряется изощренность интриги, подтверждавшая блестящий ум плута в тех же «Афере», «Блефе», «Ва-банке». Фрэнк Эбэгнейл-младший вечно и вдохновенно врет – ничего больше, врет на голубом глазу, и только ухищрения с чековой книжкой, где он подделывал не просто имя и суммы, а банковские коды, подтверждают хороший абстрактный ум. Пока нью-йоркский банк связывался с калифорнийским, Фрэнк успевал надеть форму летчика и опять же бесплатно перелететь в Лас-Вегас. Но повторение однотипных ситуаций (я летчик, я врач, я юрист) только кажется драматургической слабостью. На самом деле Спилберг вернулся к истокам жанра. Снял не плутовскую комедию во франко-итальянском стиле, а плутовской роман в стиле испано-английском: типа «Ласарильо из Тормеса» или «Тома Джонса» (кстати, за тот же 1963 год, когда у Спилберга все начинается, экранизация «Тома Джонса» получила четыре «Оскара»).

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Поймай меня, если сможешь"

Выполняется главная заповедь плутовства (дураки определимы и небеспредельны), но акцент возвращается на место (от интриги к судьбе). Речь идет не об умном ходе, которым можно выиграть, а об умной жизни, которую тоже можно выиграть. То есть дурацким и убийственным перестает быть ход времени, время перестает быть кувалдой и приобретает легкую форму, юмор и очарование. Но за счет того, что в каждый данный момент ты помнишь, что так оно и было на самом деле с живым и здоровым до сих пор Эбэгнейлом, все многочисленные условности плутовского романа можно брать на заметку в качестве правил повседневного поведения. Разумеется, лучше брать не вранье или воровство, а вот категорический отказ от соблюдения правил, навязываемых общественностью, от условностей, принятых не тобой, от перекладывания ответственности хрен знает на кого, на государство, начальство или милицию.

С другой стороны, за счет не очень изощренной интриги Спилберг в оправдание жанра просто поминутно изощряется в режиссуре. Мода на ретро 60-х появилась не вчера, но он, что называется, закрыл тему. 60-е как бы еще не отлиты в жесткую форму, как привычные в ретро 20-е и 30-е (не все еще умерли), но от стеклобетонного аэропорта и катушечного магнитофона до причесочек девиц в стиле Твигги и силуэта костюмов ДиКаприо форма выдержана. Выдержана и в сюжете. «Немедленно позвони маме», - говорит Лео папе и протягивает ему американские две копейки. Благодаря полноте «того, чего больше нет» трикотажная оранжевая кофта Лео вскорости, вероятно, снова станет криком моды.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Поймай меня, если сможешь"

Но изощренность действительно поминутная, и если высокого качества далеко не все шутки, смешных все-таки набирается за два часа. Можно выбрать по вкусу: как напарник Хэнкса тянулся за ложечкой, как Лео смотрел сериалы, как таксист вынул табличку с фамилией, как одинокий доллар вылетел из-под двери. Кто лучше играет, ДиКаприо (Эбэгнейл) или Хэнкс (Хэнрэтти) – трудно сказать, потому что ансамбль в принципе сложился. Спилберг не поленился позвать из Франции для «французскости» Натали Бэй (мама) и даже какую-то скрипучую бабулю. Главное, что ДиКаприо наконец заиграл характер, а не смазливую физиономию. Свободно работает лицом и телом в отличие от кошмаров «Титаника» или «Ромео+Джульетты». Хэнкс всегда играет хорошо, но тут уникальным образом постепенно превратился из полного придурка в иронического умника.

Из явных недостатков – все-таки многовато безнадежных «семейных ценностей» и «закона превыше всего». Многовато фирменных еврейских сантиментов. На любителя. Спилберг, конечно, не вылез из кожи, да и не собирался. «Поймай меня, если сможешь» – голливудская штучка во всеми потрохами, и по части пафоса на заметку брать нечего. Но эта штучка из лучших, она гарантирует приподнятое настроение – если вы, разумеется, не зануда и не вечный парторг в душе.

Комментарии  203

Читайте также

показать еще



Главное

 

Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть