Рецензия на фильм «Нежность»

Натали выходит замуж за своего красивого бойфренда и собирается жить с ним долго и счастливо, однако молодого мужа довольно скоро сбивает машина. Тремя годами позже Натали по-прежнему одна, поглощена работой и только отмахивается от ухаживаний шефа. Но подруга уже растит двухлетнего сына, а коллеги судачат – и однажды девушка целует посреди собственного кабинета подчиненного Маркуса. Просто так.

Представьте себе юную особу, которая выбирает в магазине красивые летние туфли. При этом за окном зима, оставшиеся от зарплаты деньги стоило бы потратить на протекающие трубы в ванной, но туфли – лаковые, блестящие – так манят, так манят.

Вот и новоявленный режиссер Давид Фонкинос на пару с братом Стефаном очень хочет, чтобы милая Одри Тоту ходила по коридорам в красивых блузках, а закадровый голос иронично пересчитывал пройденные ею километры и выпитые чашки кофе, ну совсем как в «Амели». При этом за окном у него – то ли драма о потере и преодолении, то ли мелодрама о производственном мезальянсе, но, в общем, никак не ромком с финтифлюшками, которому эти комментарии еще могли бы пойти.

В качестве же текущих труб выступает одноименный роман самого режиссера, который не то чтобы плох, но лишь условно кинематографичен. То, что на трехстах страницах выглядело изяществом, становится сумбуром в формате полуторачасового кино.

Давид и Стефан Фонкиносы – братья, и это второй их фильм. Первым была короткометражка "История ног".

На русский переведены три романа Давида Фонкиноса: "Нежность", "Эротический потенциал моей жены" и "Идиотизм наизнанку".

По словам писателя, "Нежность", как роман, так и сценарий, дались ему особенно легко по сравнению с остальными произведениями.

Случайно поцелованный подчиненный-швед оказывается кем-то вроде трезвого Лукашина – лопухом настолько трогательным и деликатным, что ему одному только и удается вытащить аморфную героиню из ее затянувшегося траура. Другое дело, что навязчивая "причудливость" происходящего отчаянно мешает зрителю прочувствовать творящуюся на экране "нежность". Также сбивает с толку и постоянный упор на то, что красивая Тату и дурацкий швед – совсем не пара. И наконец, откровенно раздражает чисто писательское стремление непременно все проговаривать вслух. Кажется, будто Фонкинос боится, что без двойного подчеркивания мы чего-то не поймем или, не дай бог, не заметим.

В результате же остается одно только подчеркивание. А вот для смысла, что обычно скрывается между строк, и воздуха, что позволил бы героям дышать, места в этой истории уже не хватает.