Рецензия на фильм «Серьезный человек»

Профессор физики Ларри Гопник (Майкл Штульбарг) – кроткий страдалец, и страдать его заставляет буквально все. Друг Сай (грандиозный Фред Меламед) уводит у него жену и ласково предлагает все сделать цивилизовано, дети едва замечают, чокнутый брат шляется по сомнительным барам и ищет теорию выигрыша в покер. Студент подбрасывает конверт со взяткой, а потом шантажирует, соседка истязает, принимая солнечные ванны голышом, а раввины в ответ на мольбу об утешении несут какую-то чушь. Но Ларри, дай Бог ему здоровья, пытается остаться серьезным человеком – справляться с неприятностями, вести себя подобающе тому, как должен вести себя хороший еврей в Миннеаполисе 1967 года. Но с каждым новым ударом справляться становится все трудней.

Будь Коэны хоть немного более дружелюбны, "Серьезный человек" мог бы стать увлекательной головоломкой – "Книга Иова", Кафка, Бунюэль, «Амаркорд» /Amarcord/ (1973) и «Бартон Финк» /Barton Fink/ (1991), еврейские анекдоты, наливай да пей, пиши диссертации или чеши языки с друзьями-киноманами, одно удовольствие. Но поскольку Коэны – чудовища, все подобные рассуждения быстро превращаются из попытки понять этот фильм в попытку его обезвредить. А это было бы жаль – если считать мерой успеха доведение творческого метода до дымящегося предела, то "Серьезный человек", возможно, лучший фильм Коэнов, хотя вряд ли он станет для кого-то любимым фильмом.

Его трудно рекомендовать даже поклонникам братьев – разве только в том смысле, что можно наконец разобраться, всерьез они снимали «Старикам тут не место» /No Country for Old Men/ (2007) или придуривались. Вряд ли даже имеет значение, что формально это фильм о детстве уроженцев Миннеаполиса Итана и Джоэла Коэн, хотя действие происходит в том же году, когда Джоэл прошел бармицву (обкуренный, если верить фильму), а Jefferson Airplane выпустили альбом Surrealistic Pillow, на котором звучит весьма важная для фильма Somebody to Love. Психоделический ландшафт пригородов образца 67-го года и детство между клезмером и рок-н-роллом скорее снабдило Коэнов персонажами, чем хоть какой-нибудь ностальгией, оказалось удобной сценой для притчи о праведнике-идиоте и Боге, который развлекается, оставляя послания еврейским дантистам на зубах гоев (одна из самых драматических линий фильма).

Подходящими это время и место оказались и для другого. Чудовищное и смешное всегда шерочка с машерочкой ходили у Коэнов под ручку, но до "Серьезного человека" с такой ясностью показать, что между ними нет разницы, у братьев все же не получалось, абсурд происходящего все время оставлял лазейку для ума, решительно отказывающегося признать подобное сродство. "Человек" же, кроме вступительной новеллы про то, как к евреям из местечка приходит дух мертвеца диббук, почти не отклоняется от классической трагикомедии нравов, добавьте летающий пакет и получите «Красоту по-американски» /American Beauty/ (1999), только слегка спятившую. Почему буквально каждый персонаж – Ларри и его брат, секс-соседка и чудовищный Сай – вызывает тут смешанный с хохотом ужас, остается решительно непонятно, во-всяком случае, до тех пор, пока не признаешь, хотя бы на какое-то время, что это нормальный взгляд на вещи.

Однако, Коэны хотя и чудовища, но не настолько, чтобы покинуть нас в мире живых мертвецов диббуков, которыми правят случай и бог, пишущий на зубах.

Позволим себе крамольную мысль: в метафизической бойне, которую устраивают братья, шанс выжить есть лишь у тех, кто наделен одним тихим даром – даром любви, будь то беременная полицейская из "Фарго" или шериф из "Стариков". Don't you want somebody to love?