Рецензия на фильм «Нигде в Африке»

 В связи с этим газета "San Francisco Examiner" резко пишет о том, как мельчает "Оскар".

"Киноакадемия давала свои награды элите мирового кино, мастерам класса Феллини, Бергмана, Трюффо, Куросавы и Бунюэля. За последние же 20 лет лауреаты номинации "Лучший иностранный фильм" – это парад невыразительных названий, когда и не поймешь, за какие достоинства эти фильмы были награждены: "Начать сначала", "Официальная история", "Путь надежды", "Утомленные солнцем", "Характер" – кто их теперь помнит?".

Калифорнийский коллега прав: в немецкой картине, признанной высшим достижением мирового кино за 2002 год, внимательный просмотр не обнаружит ничего выдающегося. Поэтому идти на "Африку" в предвкушении шедевра не стоит – будут недоумение и обида. Идите как на очередную семейную драму с социально-политической подкладкой – и вы не очень разочаруетесь.

Из ее достоинств: широкий исторический и географический фон. Еврейская семья бежит от фашизма из Германии в Кению, где пытается приспособиться к тяжелой работе на ферме. Ферма находится в пустыне, так что бывший адвокат Вальтер вынужден поставить крест на своем будущем и добывает скотине воду. Его жена Йеттель привозит на сельхозработы бальное платье в цветочек, но не находит там даже умывальника. Зато пятилетняя дочка Регина принимает неухоженную Африку как родную, сводит дружбу с местными ребятишками и влюбляет в себя чернокожего повара Овуора (лучшая в фильме актерская работа кенийца Сидеде Аньюло). Об ужасах, которые переживают оставшиеся в Германии родители и друзья-евреи, семья Редлихов узнает только от чудом добытого радиоприемника.

Этот фон дает возможность пусть косвенно, но затронуть трагическую тему Холокоста, которая автоматически открывает дорогу к международным призам. Тема именно затронута – здесь нет душераздирающих подробностей таких лент, как "Пианист" или "Жизнь прекрасна", зато есть жуткое ощущение жизни, сломанной национализмом и войной. Ни в чем не повинные люди должны покидать свою страну, расставаться с домом, близкими, профессией и даже языком только потому, что их национальность кем-то занесена в черные списки отщепенцев.

Никто точно не знает, в какой мере именно Кения была приютом для немецких евреев в годы фашизма, но контраст этот сюжетный ход обеспечивает максимальный: из комфортного Франкфурта герои попадают в мир, где, на первый взгляд, жить невозможно.

Доказательству тезиса "всюду жизнь" посвящена основная часть картины. Для "белых" это почти робинзонада, школа выживания в нечеловеческих условиях, где чистота эксперимента замутнена только необъяснимым наличием у беженцев персонального повара. Для "черных" – это быт, повседневность, родина. Так что главный эмоциональный посыл фильма – все-таки не Холокост, а столкновение изнеженной западной цивилизации с первобытным образом жизни, который исповедуют на нашей земле целые континенты.

К чести Каролин Линк надо сказать, что она умудряется на этих этически скользких основах построить неглупую картину, где есть ненаигранное уважение к любым человеческим традициям и устоям. Но солирует все-таки экзотика. Камера любуется фантастическими стволами неведомых деревьев, колебанием раскаленного воздуха пустыни, миндалевидными глазами олененка, хлюпающей грязью под босыми ногами. Сцены налета саранчи и войны с нашествием крылатых чудищ выглядят по-эйзенштейновски эпично. Такие аттракционы хорошо разбавляют скучноватый ход событий и взбадривают зрителя, который начинает поглядывать на часы – фильм, что называется, безразмерен, идет более 140 минут.

Его эпичность могла бы стать достоинством: за семейной драмой угадываются мировые катаклизмы. Тягостность возникает оттого, что плохо разработаны и потому малоинтересны характеры. Отношения Вальтера с Йеттель колеблются от страстных признаний до полупрезрительной холодности, причем без всяких тому психологических объяснений. Юлиан Колер ("Эйми и Ягуар") играет неудовлетворенную и вечно чем-то раздраженную жену, в любой момент готовую изменить с первым встречным. Мераб Нинидзе, известный по грузинскому фильму "Покаяние" и живущий теперь в Германии, вполне органичен в роли человека не в своей тарелке, но сценарный материал не дает ему быть убедительным. Они яростно ссорятся и столь же яростно сливаются в экстазе, но мы на это смотрим отстраненно, потому что нам не показали, что влечет этих двоих друг к другу и что отталкивает.

В итоге – полуудача, но увенчанная всеми мыслимыми и немыслимыми наградами.

Политкорректность в западном мире – сила великая и уже неодолимая. Она сильнее самого искусства.

Текст: Валерий Кичин