Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Рецензия на фильм «Ласковый май»

В прокат выходит фильм «Ласковый май» – история одной группы, одного генсека и одной страны, которая распалась, распевая «Белые розы».

Редко, но бывает. Прослышав о том, что ставят фильм про «Ласковый май», ждали чучелко на тонких ножках, а получили кино. В сущности – стоуновский «Дорз» /Doors, The/ (1990), со всеми плюсами и минусами этого эпохального лубка, но без покойника и с просвечивающей эстетикой трэшевого перестроечного ТВ и чернушных фильмов, которые «Ласковому маю» только на пользу.

Детдомовец Андрей случайно оказался близок к семье Горбачева – познакомился с домработницей тогда еще не генсека и президента, а просто важного партийного чиновника. Горбачев оказался человеком добрым, детдомовец – тоже, но тщеславным сверх всякой меры. Парень всегда мечтал попасть на сцену, но карьера певца оказалась неудачной. И тогда он нашел певца Юру Шатунова и композитора, поэта, киномеханика, руководителя кружков самодеятельности Сергея Кузнецова, сочинив из них и из воздуха закипающей страны «Ласковый май», став одним из первых в стране продюсеров. Титанические усилия по раскрутке группы, подлоги, несколько классических афер, обезоруживающая улыбка и прозрачный намек на высокого покровителя, первый миллион, обезумевшие фанатки, клоны группы (в фильме их не очень много, по слухам счет шел чуть ли не на десятки) и роспуск «Ласкового мая» одновременно с распадом СССР. Разин – новый Великий комбинатор, Шатунов – подросток-бунтарь, которого заездили до полусмерти, предельная честность к своим, любые уловки к посторонним и вечная любовь в анамнезе. И столь же вечная тяга к сцене: Разин в фильме, как и в жизни, дико трогательно танцует на сцене, при этом не поет и не играет. Ему нужно просто быть в центре внимания.

К действительности все это не имеет никакого отношения. Действительность уныла и мрачна, в действительности не было предельно честных расчетов, вечной любви и, видимо, даже рассылки кассет в поездах дальнего следования – даже эту легенду сейчас опровергают. Сценарист фильма, извините, «Супертеща для неудачника» Елена Райская и сериальный режиссер Владимир Виноградов при помощи сериальных актеров и дебютантов выловили его из воздуха все еще растворенный в нем миф «Ласкового мая». А уж миф о нищих детдомовских мальчишках, которые погнались за мечтой и, гм, выиграли – он и вовсе вечен. Те, кто слышал, как слезные «Белые розы» неслись из каждой пацанской «девятки» с покуривающими утюгами в кожанках, тот согласится.

Впрочем, останься «Ласковый май» просто историей одной группы, фильм оказался бы ровно тем, чего ждали – очередной продюсерской попыткой съесть с одной ложки два горошка. Но у микрофона на сцене стоит не Юра Шатунов, а грязноватый, звонкий дух времени. И дело не в вареных джинсах, отвратительно старом кассетнике как источнике концертной фонограммы и не в засаленных трешницах. Дело в свободе – шальной и бессмысленной, которая позже обернется кровью и унижением, потом еще чем-то, а пока просто пузырится музыкой, одеждой, цветными сигаретами и возможностью быстро срубить лавэ.

Ну и музыка, конечно, свое дело делает. На премьере фильма песни «Ласкового мая» играла живая группа, с трубой, тромбоном и саксофоном. Трубачи внимательно смотрели в ноты и играли «Белые розы». Выглядело это оскорбительно: «Белые розы» огненными буквами выжжены в сердце каждого уже-не-советского человека. Что фильм и реакция на него на премьере еще раз доказали.

Жаль только Михаила Сергеевича. Он, кажется, так ничего не понял.

Комментарии  125



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть