Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Фильм «Отверженные» лучшего режиссера Гонконга Джонни То рассказывает истории, созвучные русской душе – об умирающих за высокие идеалы бандитах, одинокой женщине с ребенком и золоте, которое, как обычно, уносит с поля боя шлюха.

Когда-то Во (Ник Чун) и его друг Тай (Фрэнсис Нг) попытались убить босса Фэя (Саймон Ям), руководителя одной из бандитских группировок Макао. План не выгорел – Во пришлось бежать за границу, а Таю – в одиночку расхлебывать последствия неудавшегося покушения. Понятно, что Фэй не забыл и не простил беглеца, а потому когда Во, вместе с женой и новорожденным ребенком, вернулся в город, его уже ждали у подъезда двое неразговорчивых ребят, в плащах и с пистолетами. Впрочем, ждали его не двое, а четверо: ведь Тай и его товарищ по кличке Кот решили защитить Во и его семью во что бы то ни стало. Ирония бандитской судьбы в том, что все перечисленные – друзья детства, которые когда-то вместе учились в школе, а потом пошли в услужение триадам. Никто из них не хочет ни умирать, ни убивать: именно поэтому, после короткой, но эффектной перестрелки, противники спокойно садятся за общий стол – передохнуть, поесть, а заодно и о делах своих скорбных покалякать.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Отверженные"

Встреча старых друзей происходит в конце 98-го – в ночь перед судьбоносной передачей Макао под юрисдикцию Китайской Народной Республики. Хотя лучший режиссер Гонконга Джонни То («Выборы» /Hak se wui/ (2005), «Выборы 2» /Hak se wui yi wo wai kwai/ (2006)) особо не акцентирует внимание на политике, но ощущение конца прекрасной эпохи и страх перед новой – довольно-таки унылой – реальностью, в «Отверженных» /Fong juk/ (2006) и без того хорошо просматриваются. Полицейский, которому остаются считанные часы до пенсии, а потому нет смысла влезать в разборки между бандитами. Почти бесхозная теперь тонна золота, которую успели наворовать местные коррумпированные чиновники. Монетка, с помощью которой герои решают свою судьбу – просто потому, что им самим уже все равно. Даже нечеловечески прекрасный пролог, снятый и разыгранный в пафосной стилистике спагетти-вестернов, к середине фильма сменяется нарочито безыскусной загородной съемкой, где те же перестрелки выглядят немного смешно, не слишком красиво, и уж совсем не так поэтично. Джонни То знает, о чем говорит: примерно в то же время был передан Китаю и его родной Гонконг, и чувства режиссера легко поймет каждый, кто когда-нибудь сравнивал фотографию его ночных улиц с видами континентальной провинции.

Впрочем, «Отверженные» сняты вовсе не для того, чтобы поныть о добрых старых временах. Джонни То попросту перемещает историю о долге, мужской дружбе и бандитской чести в то время, где ей и положено быть – в ревущие 90-е, когда в Гонконге еще снимались фильмы жанра «героической бойни» (нечто вроде «Бригады», только красиво), а по всему миру гремела слава Джона Ву, Цуи Харка и Ринго Лама. Фанаты гонконгского кино познакомились с Джонни То еще тогда: его сентиментальный боевик «Герой никогда не умирает», сказку «Героическое трио» и гангстерскую «Миссию» (в которой, кстати, снялись те же актеры, что и в «Отверженных») в конце девяностых видел каждый уважающий себя киноман даже в России.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Отверженные"

За прошедшее десятилетие изменились не только носители информации, но и сам Джонни То – теперь его криминальные драмы не только берут главные призы национальных фестивалей, но и показываются в Канне и Венеции. Собственно, именно из-за всемирной шумихи фильмы модного режиссера добрались, наконец, и до российских экранов. Жаль, что показывают такую красоту в небольших кинозалах, рассчитанных на фестивальных снобов и искушенных ценителей артхауса, искренне недоумевающих, почему им показывают какое-то скучное кино про китайских бандитов. Меж тем, в боевиках Джонни То нет ничего сложного и лучше было бы начинать знакомство с режиссером именно с них, например, с тех же «Отверженных»: трудно найти что-нибудь более созвучное новой русской душе, чем песнь об умирающих за высокие идеалы бандитах, одинокой женщине с ребенком на руках и сумке с золотом, которую, как обычно, уносит с поля боя шлюха.

Комментарии  119

Читайте также

показать еще



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть