Наверх
Фильмы 2017 Человек-паук: Возвращение домой Планета обезьян: Война Блокбастер Черная вода Ужас Амитивилля: Пробуждение Дюнкерк Взрывная блондинка Темная башня
В кадре и за кадром.
15 знаменитых актрис, ставших режиссерами
Переснимите это немедленно!
11 фильмов, которым пересъемки пошли на пользу
Через тернии к звездам.
10 лучших фильмов режиссера Ридли Скотта
Спутанные жизни.
10 лучших фильмов и сериалов о жизни чужой жизнью
Непрошеные гости.
10 самых нелепых камео знаменитостей

Гармаш о Гармаше

Актер Сергей Гармаш рассказывает о себе в проекте журнала «Сеанс» и издательства «Амфора» – новой книге о главных актерах нулевых «Актеры настоящего».

«Актеры настоящего» – проект журнала «Сеанс» и издательства «Амфора», посвященный лучшим российским актерам нулевых. В книге есть и мнения критиков, и реплики режиссеров, но главное в ней все же – фотографии, сделанные специально для проекта фотографом Никитой Павловым, и интервью с героями, в которых Чадов, Фандера, Шалаева, Суханов и другие актеры рассказывают о себе. Накануне выхода первой части проекта, предлагаем вам рассказ Сергея Гармаша о людях и фильмах в его жизни, и о нем самом.


Вот, бывает, меня спрашивают: «Как вы входите в образ?» Я всегда говорю: такое ощущение, что у этого образа есть двери. Дверей-то нету у образа.

Я мог бы написать сценарий документального фильма о себе. Но я этот фильм, может, показал бы самому себе, а больше никому. Нельзя открываться на 100%. Вот если отсканировать тот видеоряд, который прокручивается в мозгу человека за 4,5 минуты до смерти, это был бы лучший документальный фильм на свете. У меня был такой момент, когда я чуть не утонул. Я был еще пацаном, и помню, что у меня перед глазами поплыли – мама, папа, бабушка, брат, еще что-то там, кусок какой-то нашего двора. Веришь: нет обо мне круче документального фильма. Ни обо мне, ни о тебе, ни о любом другом человеке.

К нам в город часто приезжал цирк «шапито», и бабушка сдавала флигель циркачам. У нас жили две цыганки из венгерского цирка, осветитель с эквилибристкой, а их сын учился со мной в школе. И я в этом цирке пропадал, по неделе в школу не ходил, хотел даже бежать с ними. В кино зависал часами. Знал весь советский репертуар, французское кино с Делоном и Де Фюнесом обожал, смотрел все американское, что крутили. А еще мама рассказывала, что летом у деда в Евпатории меня водили по вечерам в кинотеатр, где я засыпал.

Мои родители – простые люди. Мама окончила среднюю школу, всю жизнь проработала диспетчером на автобусной станции. Папа был водителем, потом окончил институт и стал работать на руководящих должностях. Дачу от предприятия заработал. Сейчас они на пенсии, на нее, конечно, прожить нельзя, мы с братом помогаем. Я уехал из дома в 15 лет и, наверное, поэтому теперь стараюсь общаться с ними как можно чаще. Чтобы я маме не позвонил – такого быть не может.

Ребенком и дрался, и стекла бил. Мог уговорить весь класс вместо урока пойти в кино. Спички набивал в дверной замок, чтобы урок сорвать. Одно время у меня даже было два дневника – второй для отметок по поведению. Пару раз из школы исключали.

Сергей Гармаш

Сергей Гармаш

Собирался поступать в мореходку, но шансов было мало, конкурс был огромный. Помню, мама купила справочник для поступающих, я его полистал на предмет где экзаменов поменьше – оказалось, в театральном. Сказал зачем-то, что туда бы поступил, и уехал на соревнования по парусному спорту. А мама тихо отвезла мои документы в Днепропетровское театральное училище. Приехал в Днепропетровск, где выяснилось, что сдавать нужно актерское мастерство. Стихотворение, басня, проза. Ну, я кое-как вспомнил что-то из школьной программы. Еще я знал наизусть некоторые миниатюры Райкина – у нас дома целая коробка пластинок была. На экзамене, подражая голосу Райкина, стал рассказывать про случай с официантом. Комиссия возмутилась: «Вы что читаете?!» – «Прозу». – «Да вы вообще готовились к экзамену?» Я, до ужаса обнаглев, сделал морду кирпичом: «Готовился». Потом тупо и громко прочитал стихотворение Исаковского. Мне говорят: «Смотри, если явишься на третий тур с похожим репертуаром – не примем». Ну, в результате с Есениным и Чеховым я поступил. Выучился на артиста кукольного театра. Работал в родном Херсоне, с гастролями колесил по поселкам и колхозам…

Ничуть не жалею о времени, проведенном в армии. Конечно, вначале было трудно: хотел попасть в военный ансамбль, а оказался в строительных войсках. Со временем пообвыкся, а сейчас думаю, что пользы вышло больше, чем вреда: я могу быть бетонщиком, стропальщиком. В жизни никогда не знаешь, что пригодится.

Если бы Господь позволил мне вернуться в прошлое, я бы вернулся на первый курс Школы-студии МХАТ.

Фильмография – я не считал, может, как-нибудь сосчитаю, но там, по-моему, к цифре сто дело уже идет. Конечно, это хорошо с точки зрения опыта и денег. Но такое количество, безусловно, не говорит о качестве. Ничего не поделаешь. Несмотря на желание делать что-то высокохудожественное, все-таки надо зарабатывать деньги. Потом, я люблю маленькие роли и никогда от них не отказываюсь – если, конечно, есть что играть. И сейчас на два съемочных дня соглашусь даже охотней, чем на двести, причем без капризов снимусь у неизвестного режиссера, если увижу, что за этой ролькой стоят характер и судьба. Но режиссеров, с которыми меня свела судьба, а не только профессия, я по пальцам пересчитать могу. Абдрашитов, Месхиев, Лунгин, Тодоровский, Вайда, Михалков, Соловьев. Добавил бы я сюда Юрия Мороза, с которым мы делали «Каменскую» (1999) – я с этим проектом огромный кусок жизни прожил. Особняком стоит и работа с Иржи Менцелем на «Чонкине», которая не удалась, но взаимодействовать с режиссером такого класса было интересно.

Сергей Гармаш

Сергей Гармаш

Ну да, тракторист по пьянке задушил свою жену – значит, Гармаша надо звать. А мне вот как-то… Словом, хотелось бы получать интересные предложения, пробовать то, чего я не пробовал. Понятно, что с моим лицом трудновато сыграть нежного влюбленного, порхающего по жизни. Но я стереотипам сопротивляюсь, как могу: в договоре на «Каменскую» специально, например, было прописано, что мой герой ни разу не наденет милицейскую форму.

Никогда не мечтал о Гамлете там, Отелло. Умереть, но во что бы то ни стало до пятидесяти лет Гамлета сыграть – это не для меня. Вообще я еще в детстве мечтал сыграть врача – когда посмотрел «Дни хирурга Мишкина» с Олегом Николаевичем Ефремовым. Мне показалось, что это такая мужская профессия. Поэтому с удовольствием сыграл гинеколога в сериале у Резо Гигинеишвили.

Вообще-то я везучий. Я много лет знаком с Павлом Чухраем и много лет мы мечтали встретиться на съемочной площадке. Я как-то верил, что это произойдет. Так и случилось. Почти такая же история с Павлом Лунгиным. Мы познакомились, еще когда он начал снимать «Такси-блюз» (1990), а встретились только на «Бедных родственниках» (2005). Это безусловно режиссеры, которые стоят у меня в отдельном списке.

От «Острова» (2006) я отказался. У нас с Пашей чуть до личной обиды не дошло. У нас были – и есть – теплые, прекрасные отношения, мы сделали две картины подряд: «Мертвые души» и «Бедных родственников». Я к нему приехал и говорю: «Паша, зачем я тебе, я же в него не верю, не верю! Я буду, говорю, только кровь тебе пить. Я не хочу, я боюсь». А после премьеры я Лунгину сказал: «Паша! Ты должен мне спасибо сказать, потому что я бы никогда не сыграл так, как Петя Слово вам даю, это никакое не кокетство.

Когда у меня брали интервью по поводу картины «12» (2007), я сказал: «Михалков на съемочной площадке кто угодно, только не режиссер-постановщик». Перед съемками каждой сцены он нас заряжал, шаманил, завораживал. И вдруг я уже не понимаю, как оказываюсь в нужной мизансцене, в руках сигарета, и в принципе я даже не очень слышу команду «Мотор»… На следующий день приходит актриса, у которой по сценарию четыре фразы – и получает от Михалкова не меньшую порцию внимания! Для меня работа с Никитой Сергеевичем – не просто мастер-класс, это курс повышения квалификации.

Сергей Гармаш

Сергей Гармаш

Не знаю я независимых профессий. Да, актер подчиняется воле режиссера, но если кто-то из актеров скажет: «Если б я сделал по-своему, все было бы хорошо» – это однозначно профнепригодность. Высший пилотаж в том и заключается, что можно придумать роль и тебе скажут: «Гениально!», а пришел на съемочную площадку, и режиссер говорит: «Будем играть все наоборот», – и ты должен сделать это, воплотить, и это должно быть убедительно и прекрасно. Поэтому даже если я не чувствую и не понимаю, чего хочет от меня режиссер, я сделаю то, что ему нужно. Правда, в театре легче – на сцене обычно хватает времени на то, чтобы найти общий язык, а на съемочной площадке заартачишься – сорвешь график.

К чему рассуждать о своих бесах? Чтобы их изгнать? Вы помните, что говорит Воланд Левию Матвею: «Чем было бы ваше добро без нашего зла?» Если я стану ангелом, я перестану быть артистом.

Звонят мне тут из движения «Патриоты России» и спрашивают: «Вы не хотели бы прийти к нам? Очень хотим вас видеть». За гонорар, говорят, приходите, у нас будет много известных артистов. Я говорю: «Патриотизмом, значит, торгуете?» Нельзя прививать любовь к Родине – это все равно что прививать любовь к материнской груди.

Желание снять кино у меня есть, но пока мне хватает сил бить себя по рукам. Я бы хотел написать сценарий. И, наверное, когда-нибудь сделаю попытку. Но для этого надо запереться от всех и пожить в одиночестве месяца три. Идеи есть, нет времени. А в театре… Галина Борисовна Волчек предлагает мне поставить спектакль, но это случится лишь тогда, когда найду пьесу, которую буду чувствовать как себя. Ради надписи на афише: «Режиссер-постановщик – Сергей Гармаш» не хочу.

Когда начинаю спектакль, который играю уже не первый год, и ни фига при этом не нервничаю, я думаю: ну все, пора завязывать с этой профессией…

Профессия должна заканчиваться с окончанием рабочего дня. Потому что если палач, окончив работу, будет продолжать нести свои профессиональные обязанности, то он кого-нибудь казнит. Поэтому, когда я выхожу из театра, я хочу быть просто Сергеем Гармашом.

Сергей Гармаш

Сергей Гармаш

Общественной деятельностью занимаюсь. Чулпан Хаматовой и Дине Корзун помогал организовывать акции по сбору денег для детей, больных лейкемией. Занимаюсь постановкой «капустников» в театре на старый Новый год. А дома растет Ваня! Когда родилась дочь, у нас с Инной в Москве никого не было, и она до двух с половиной лет жила у моей мамы на Украине. В общем, тогда многое пропустил, теперь наверстываю.

Первое воспоминание?.. Паровоз, станция, мне года три, мы с мамой и папой едем в Евпаторию. И у меня через плечо такая торба, а в ней ночной горшок, мой собственный, потому что я на унитаз садиться не хотел, и ездил с ним, это был единственный мой груз. Помню пар и огромные колеса паровоза… Колеса мне очень нравились.

 47

Комментарии

Пользователи еще не оставили комментариев.


Добавить комментарий
Аватар пользователя Гость
Войдите на сайт



Зарегистрируйтесь






 
 
Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть