Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Люблю я исторические фильмы. Пиши, не хочу. Наш народ, у которого нет своей настоящей истории, то есть того, чем можно гордиться хоть тысячу лет спустя, все равно побежит на «Короля Артура». Так же, как бежал на «Гладиатора» или «Трою». К тому же, если оторваться от народа, со времени «Гладиатора» снедает любопытство: чего это в Голливуде снова туда поперли. В бряцание оружием, которое не отлито на фабрике, не держится на кнопке президентского чемоданчика, не виртуально, делая из войны телепередачу, а требует в кадре массовки, а на массовке доспехов. Что снова за детский сад? Но сначала о хорошем.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

Легендам о рыцарях Круглого Стола вообще повезло в кино – эталонной стала первая же экранизация 1953 года, где Ава Гарднер красиво и подробно переживала между Мелом Феррером и Робертом Тэйлором. Потом на этом фоне все старались не ударить в грязь лицом. «Камелот» /Camelot/ (1967) был про то же самое, зато оказался мюзиклом, «Парсифаль Уэльский» /Perceval le Gallois/ (1979) был ходом в сторону другого рыцаря, искавшего Грааль, «Экскалибур» /Excalibur/ (1981) ушел в юность короля Артура, нашедшего меч. Постепенно сюжет о долгой и разнообразной мужской дружбе сэров галахадов с сэрами гэвейнами, вдруг разрушенной страстью сэра Ланселота к жене сюзерена королеве Джиневре, узнал каждый школьник на свете. Только недавний «Первый рыцарь» /First Knight/ (1995) забуксовал в сюжете. Когда там Джиневра Джулии Ормонд предпочитала мужу (Шон Коннери) проигрывавшего ему во всем Ричарда Гира (Ланселот), понять ее было трудно, а смотреть скучно. Поэтому новая версия Антуана Фукуа интересна хотя бы тем, что не долдонит одно и то же, и, значит, неясно, чем кончится. Новый «Король Артур» с самого начала не скрывает, что он совершенно про другое.

В V веке нашей эры некие сарматские наемники с именами рыцарей Круглого Стола под водительством римлянина Арториуса-Артура защищают римские крепости в Альбионе-Англии от набегов воинственных пиктов. За пятнадцать лет службы их осталось лишь семеро, и очень хочется по домам. Им уже непонятно, что они тут, в Камелоте, делают, у каждого свои планы, но тут в крепость, где действительно имеется круглый стол, приезжает римский епископ и хитростью отправляет великолепную семерку на последнее задание. Нужно доставить с территории пиктов семью римского наместника с сыном-вундеркиндом, будущим Папой Римским. И мало того, что территория – запретная, на Альбион полчища саксов наступают. Саксы пришли смести всех – римлян и пиктов, и сарматов. Поэтому рейдом, по ходу которого возникают пиктянка Джиневра и пикт Мерлин, дело наемников не кончится. Их ждет «последний, решительный» против саксского ига.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

С исторической точки зрения сюжет не выдерживает никакой критики, но именно стилизованный зачин, что «археологические раскопки обнаружили новые материалы о рыцарях Круглого Стола», защищает фильм от историков. Какие раскопки? Будучи условным знаком, что все тут – «допустим, к примеру», зачин переводит сюжет в разряд чистого вымысла – и хоть в У веке допускай арбалеты, не говоря уже о сарматах, которые к V веку вымерли, притом что жили на территории Крыма. С литературоведческой точки зрения можно тоже не критиковать – легенды про рыцарей были изустные, пока Томас Мэллори в XV столетии не переписал их в эпос, а по отношению к легендам вполне рациональна задача стереть романтический глянец, представить, как все могло выглядеть «на самом деле». Никаких кукольных замков – сплошная дикость «темных веков», никакого волшебства с Экскалибуром и Мерлином – грязь и сырость, никакого Грааля – христианская церковь утверждалась весьма аморально, никаких куртуазных «рыцарей» и «прекрасных дам» с соответствующим «поклонением» – все просто пытаются выжить. При этом компания до смерти уставших наемников и присоединившаяся к ним бой-баба вынуждены спасать от расплодившегося зла стариков, женщин и детей. Схема костюмной мелодрамы заменена на схему вестерна, дающую больший простор для «самого дела», натурализма. Сюжетные корни «Короля Артура» – именно в «Великолепной семерке» /Magnificent Seven, The/ (1960).

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

После экспозиции с первым боем довольно долго ничего не происходит, даже кажется, что предстоит занудство, но это только для тех, кто не любит суровые вестерны – с небритыми немногословными всадниками на необжитых просторах, совершающими подвиги по расписанию и без шума. Просто привлекательно в подобных фильмах обычно не мельтешение, а, наоборот, основательность, и в «Короле Артуре» она тоже вроде бы есть. Подробности быта имперской провинции периода упадка, девственные леса, римские статуи на опушке, дикие люди в лохмотьях, костры, хлопья снега и бесчисленные рати вполне по плечу классическому польскому оператору Славомиру Идзяку, работавшему с Вайдой и Кесьлевским. На главные роли основательно взяты настоящие англичане (Кира Найтли, Клайв Оуэн, Рэй Уинстон). Они скачут по пересеченной местности, стреляют из луков, дерутся на мечах. Когда все про всех и про жизнь прояснилось, начинается драматизм. Особенно масштабна в этом плане схватка семерки на льду зимнего озера с многажды превосходящими силами противника. Бывший клипмейкер Антуан Фукуа любит быстро монтировать, потому было не миновать ему Эйзенштейна с Ледовым побоищем, и действительно – все монументально похоже, только с компьютерной графикой еще краше, хотя лед треснул слишком уж живописно. Но в целом фильм в своем жанре снят как бы небезвкусно, с нужной долей скепсиса. Все вроде хорошо.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

Тем не менее, вместе с длительностью разрастается подозрение, что тебя дурят и даже, пожалуй, в той именно части, на которую ставки сделаны. Уже в экспозиции, в первом бою все бились-бились, а ни капли крови. При всех претензиях на тьму и дикость – ни одной отрубленной руки, ноги или головы, и дальше при всем упоении чумазыми бойцами кровь не капнет ни в одной битве. А с привыканием к «натуральному» антуражу глаза перестают получать подтверждение, что все это так уж сурово. Общие планы достаточно коротки, не рассмотришь, фон за головами всадников проработан неглубоко – нет там мелких движущихся фигурок в натуральной дальней дали. Нет никакой гарантии, что все кино Клайв Оуэн не подскакивал, как дурак, на электрическом стуле, а лошадь под ним и лесистые горы не были потом подклеены отдельно, и снежинки не подрисованы. Постепенно ты понимаешь, что все это – никакая не натура, не кино, но, скорее, балет на тему. Может, компьютерный, может, не очень, но все равно балет, чистая условность. Однако, если главная задача не исполнена, а остальные в принципе не ставились, зачем тогда все? Убедить каждого школьника, что король Артур и рыцари Круглого стола ни при каких обстоятельствах не могли существовать на свете? Стоит ли овчинка выделки в 90 млн. долларов?

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

И тут вдруг начинают вспоминаться (хронометраж в 130 минут это позволяет) уже не вестерны, а совсем другие аналоги – снятые давным-давно в братской Румынии «Даки», «Колонна», «Дорога на Рим», снятые в братской Польше «Пан Володыевский», «Потоп», то есть социалистические «исторические блокбастеры», последыши «Бен Гуров», «Багряниц» и «Клеопатр». Ведь всплеск массового бряцания «историческим» оружием случался в кино всего дважды – в 10-е годы XX века, когда кино утвердилось в качестве нового искусства, и в середине XX века, когда в кино утвердились тогдашние новые технологии: цвет, широкий экран и комбинированные съемки. Для удостоверения новшеств история – идеальный объект, хотя по прошествии времени весьма тяжело смотреть эти «комбинированные съемки» – когда всадники скакали не в компьютере, а на фоне экрана, обеспечивавшего «рир-» или «фронт-проекцию»: кустик-елочка, кустик-елочка, кустик-елочка. Но лучшие мастера никогда ими не злоупотребляли. Между тем, в возникшем за то же время мире социализма «мирное сосуществование» шло буквально по всем фронтам. Значит, если пошла в Голливуде мода побряцать, отставание преодолевалось. Брались, конечно, примеры лучших мастеров, только не для удостоверения новшеств, а с чисто спекулятивной целью – для воспитания такой гнусности, как «национально-патриотический дух». По прошествии времени на эту гнусность так же тяжело смотреть, как на устаревшие «комбинированные съемки». Все недостоверно.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "Король Артур"

Так вот «Король Артур» исхитрился совместить очередное, на сей раз «компьютерное» голливудское новшество с чисто «социалистическим» отношением к истории. Совершенно, как в «Пане Володыевском» молодая звезда Ольбрыхский играл злобного хана, здесь предводителей саксов тоже играют «колоритные» звезды – Стеллан Скарсгард, Тиль Швайгер. Совершенно, как у румын было по одной ослепительной красотке на кино, Кира Найтли при всей чумазости – с прекрасной сегодняшней стрижкой. Но главное, конечно – финал: «Это наша родина, сынок», «Есть такая профессия – родину защищать», «А где родина-то? – А где попало. Внутри тебя». Полное совпадение с социалистическим реализмом. Фукуа спекулирует на вестерне, на Древнем Риме и на компьютерной графике для пропаганды нынешней американской «политкорректности». Вся слава артуров и круглых столов – только к тому, что американцам нужно защищать родину в Багдаде, если они просто хотят выжить. И, боюсь, только эта гнусность останется от «Короля Артура», так как устаревающей графикой он все же злоупотребил.

Комментарии  156



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть