Наверх
Фильмы 2018 Гоголь. Страшная месть Мамма Миа 2 Кристофер Робин Мег: Монстр глубины 22 мили Отель «Артемида» Шпион, который меня кинул Альфа Между рядами

Как Голливуд перестал волноваться и полюбил фильмы о рабстве

Рабство и рабовладение – одна из самых трагичных и драматичных страниц американской истории. Почему же голливудских фильмов на эту тему меньше, чем картин о холокосте? И почему новая популярная картина на эту тему, «12 лет рабства», была снята британским, а не американским режиссером Стивом Маккуином с участием английских же звезд? Давайте разбираться.

История США и история рабства неразделимы, как День благодарения и индюшка. Джеймстаун, первое постоянное британское поселение в Северной Америке, был основан в 1607 году, а первые темнокожие рабы появились в Джеймстауне в 1619 году. С тех пор и до 1865 года, когда была ратифицирована отменяющая рабство Тринадцатая поправка к Конституции, эксплуатация негров была важной составляющей американской экономики. Впрочем, и после этого заинтересованные бизнесмены и политики не раз придумывали новые способы наживаться на второсортном статусе темнокожего населения. Например, некоторые принятые вскоре после отмены рабства законы позволяли за малейшие прегрешения надолго заключать негров в тюрьму – чтобы затем сдавать заключенных в аренду крупным компаниям.

Кадр из фильма «Джанго освобожденный»

Кадр из фильма «Джанго освобожденный»

Казалось бы, столь долгая и столь мрачная история унижений, издевательств и противостояния им (как со стороны самих негров, так и со стороны белых борцов за отмену рабства) должна была стать благодатной почвой для Голливуда, считающегося оплотом американских либералов. Но когда в последние два года, после выхода «Джанго освобожденного» и «12 лет рабства», американские журналисты стали составлять хит-парады значимых фильмов об американском рабстве, оказалось, что таких картин кот наплакал. Даже после включения в эти перечни лент вроде «Славы» Эдварда Цвика, где речь шла о неграх, сражавшихся в Гражданскую войну на стороне Севера (то есть о свободных людях), «лучшие двадцатки» никак не набирались. Прогрессивный Голливуд оказался не таким уж прогрессивным.

Кадр из фильма «Слава»

Кадр из фильма «Слава»

Ничего удивительного, впрочем, в этом не было. Прежде всего, Юг проиграл Гражданскую войну, но никуда не делся. И там все еще не любят разговоров о рабстве, так как эти разговоры подводят мину под региональную гордость. Как ставить памятники южным героям Гражданской войны и развешивать повсюду флаги Конфедерации, если эти символы «триумфа в поражении» тесно связаны с рабством? Конечно, игнорировать рабство на Юге невозможно, но посвящать ему лишь пару строк в учебниках и сочинять исследования о том, что неграм в неволе жилось лучше, чем английским рабочим XIX века на свободе, – это всегда пожалуйста. Откровенные, жесткие ленты вроде «12 лет рабства» с таким подходом к истории никак не сочетаются. А так как южане – здоровый кусок аудитории, Голливуд должен учитывать их запросы.

Кадр из фильма «Банды Нью-Йорка»

Кадр из фильма «Банды Нью-Йорка»

Во-вторых, для Севера рабство – тоже больная тема. Да, в 1860-х северяне хоть и без большого энтузиазма (см. «Банды Нью-Йорка» Мартина Скорсезе о том, как простые американцы «рвались» в армию), но все же пошли на войну и заплатили тысячами белых жизней за свободу негров. Но куда смотрел Север предыдущие два с половиной десятилетия? Да все туда же – себе в карман. Отцы-основатели США, «столпы свободы и справедливости», владели рабами и от них не отказывались.

Даже Салли Хемингс, рабыня-наложница третьего президента Америки и автора Декларации независимости Томаса Джефферсона, получила свободу лишь после смерти хозяина, которому она родила шестерых детей (ее освободила законная дочь и наследница президента). А это ведь еще сравнительно «мягкая» история, которую можно рассказать с симпатией как к Хемингс, так и к Джефферсону (хотя, объективно говоря, секс с рабыней – это всегда изнасилование, поскольку рабыня не может сказать «нет»). Что же можно нарыть, если пристально присмотреться к жизням других великих рабовладельцев? А ведь их культ – краеугольный камень американской идеологии.

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Кадр из фильма «12 лет рабства»

В-третьих, Голливуд любит позитивные истории о личном триумфе. А где личный триумф и позитив в жизни той же Хемингс? Сплошное унижение и компромиссы. И таковы многие известные «черные» истории из эпохи рабства. Конечно, можно снимать кино вроде «Джанго», где негр триумфально мстит белым рабовладельцам. Но до недавнего времени такие сюжеты считались провокационными, накаляющими и без того непростые расовые отношения в Штатах. Именно поэтому у Цвика в «Славе» герои сражаются за свободу не самочинно, а в составе законной армии северян.

В-четвертых, фильм с чернокожим главным героем – это всегда риск. Публика – как мировая, так и американская – предпочитает белых ведущих актеров. В последние годы трудами Уилла Смита и его коллег это правило размывается, но все еще остается в силе. «Джанго» и «12 лет рабства» не были бы сняты, если бы в них не играли знаменитые белые исполнители, неизбежно отвлекающие внимание от трагедии чернокожих персонажей. Даже если эти актеры играют злодеев.

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Кадр из фильма «12 лет рабства»

В-пятых, рабство и рабовладение – это, как ни странно, не самая захватывающая тема для социально озабоченных черных режиссеров и продюсеров. Ведь когда кто-то снимает фильм о том, как плохо было неграм в начале XIX века, он как бы говорит: «Смотрите, какой большой путь прошла Америка! Теперь мы не приковываем негров к столбам и не полосуем их кнутами! Ура нам!» И это совершенно справедливо. Но расизм-то все еще жив! И постановщикам вроде Спайка Ли куда интереснее снимать фильмы о том, что происходит с неграми сейчас, чем хвалить давно умерших белых за то, что перестало происходить полтора века назад.

Но, пожалуй, самая веская причина, объясняющая, почему голливудцам неинтересно снимать фильмы о рабстве, – та же, которая объясняет, почему советское кино не было набито лентами об издевательствах над крепостными. Ведь, казалось бы, для наших постановщиков это был идеальный материал – идеологически выверенная драма, проклинающая темное прошлое. И никто не боялся оскорбить чувства бывших крепостников, потому что «господа все в Париже», а потомки их крепостных – на высших государственных постах.

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Тем не менее советское кино раскрывало эту тему еще реже, чем американское. Потому что советские режиссеры, выросшие в другое время и воспитанные и образованные совсем не так, как их предки, видели себя не в Герасиме, а в Пушкине, в декабристах, в Ломоносове – в ком угодно, но только не в крепостных, забитых и подневольных. И им не хотелось лишний раз напоминать себе, что это – прошлое их семей. Так же, как сейчас некоторые темнокожие американцы говорят: «Не снимайте больше фильмов о рабстве. Мы не хотим думать об этих ужасах и не хотим видеть своих родных в этих несчастных. Да, это наше прошлое, но не будем его ворошить».

В свою очередь, черные режиссеры (не говоря уже о белых) не видят себя в рабах прошлого и не могут в полной мере проникнуть в их сознание. Недаром в «12 годах рабства» главный герой – не урожденный раб, а свободный человек, похищенный работорговцами. Представить себя на месте такого персонажа куда проще, чем на месте того, кто никогда не знал свободы.

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Кадр из фильма «12 лет рабства»

Почему же сейчас фильмы о рабстве все же начали активно выходить? Потому что избрание президента Обамы сделало «черное» политическое кино куда более актуальным, чем прежде. Плюс в XXI веке, после десятилетий причитаний о политкорректности, игнорировать рабство уже было попросту стыдно, политическое влияние южных расистов за эти годы существенно ослабло, а расовые бунты ушли в прошлое, и никто не боится, что лента вроде «Джанго» вновь их разожжет.

И, наконец, у режиссеров, которые таким кино занялись, нашлись для этого личные причины. Тарантино было интересно взъерошить перышки консерваторов, сняв кино о «разъяренном негре», а Маккуин, очевидно, увидел в этнически близком сюжете шанс представить себя, британского артхаусного постановщика, широкой американской и международной публике (предки режиссера были американскими рабами, но не в США, а на Карибских островах). К тому же, как он однажды признался в интервью, его в детстве пороли, и потому он понимает, что чувствовали его предки, когда над ними издевались надсмотрщики. Смешно и глупо? Да, пожалуй. Но путь к шедевру порой начинается с маленького глупого шажка.

Комментарии  115

Читайте также

показать еще


Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть