Рецензия на триллер «Рука, качающая колыбель»: осторожно, няня!

Последние два десятилетия американский кинематограф собственным печальным примером доказывает нам, что возвращение к прошлому — это ошибка. Особенно когда дело касается культовых фильмов 90-х годов: «На гребне волны», «Коматозники», «Вспомнить все», «Это все она» — хиты, которым было суждено переродиться в виде неуклюжих и, как правило, откровенно неудачных ремейков. Драматический триллер режиссера «Секретов Лос-Анджелеса» Кертиса Хэнсона «Рука, качающая колыбель», снятый по сценарию Аманды Сильвер («Аватар: Путь воды», «Мир Юрского периода»), — редкий проект прошлого века, которому удалось пройти проверку временем. Особенно актуально фильм о культуре отмены, одержимости и женском соперничестве смотрится в эпоху #MeToo, которая во многом разделила мировую киноиндустрию на два противоборствующих лагеря. Оригинальная картина Хэнсона привносила женскую оптику в жанровое кино, когда это еще не было мейнстримом, ставя перед зрителями ряд неудобных вопросов о бесконечном цикле насилия в обществе, где вчерашняя жертва (Ребекка Де Морнэй) превращается в жестокого абьюзера. 

Майка Монро в роли Полли на кадре из фильма Рука, качающая колыбель»

Сама идея ремейка «Руки, качающей колыбель» — фильма с неистекающим сроком годности — не вызывала доверия. Впрочем, возможность понаблюдать за актерским противостоянием Майки Монро («Собиратель душ») и Мэри Элизабет Уинстед («Скотт Пилигрим против всех») все еще казалась соблазнительной перспективой.

Домохозяйка и мать двоих детей Кэйтлин Моралес (Мэри Элизабет Уинстед) нанимает няню Полли Мерфи (Майка Монро) — молодую женщину, находящуюся в сложной жизненной ситуации. Поначалу все идет хорошо: няня быстро находит общий язык с детьми — 10-летней Эммой (Милея Вега) и годовалой Джози, располагает к себе их отца Мигеля (Рауль Кастильо), дает самой Кэйтлин подумать о чем-то кроме материнства. Впрочем, внезапная свобода не лучшим образом сказывается на ментальном состоянии женщины, которая много лет поддерживает связь с реальностью с помощью медикаментозного лечения. Особенно тяжко Кэйтлин приходится с дочерью-подростком, которая видит в Полли лучшую подругу. Со временем становится понятно, что няня скрывает в прошлом мрачную трагедию, следы которой ведут к семье Моралесов. Увы, слишком поздно Кейтлин понимает, что пригрела в доме змею.

Мари Элизабет Уинстед в роли Кэйтлин на кадре из фильма Рука, качающая колыбель»

Постановщицей новой «Руки, качающей колыбель» выступила мексиканка Мишель Гарса Сервера — пионерка современного феминистского хоррора, снявшая в 2022 году фильм о муках беременности с неуместной российской локализацией «Дитя тьмы». Выбив у продюсеров 20th Century Fox максимально «взрослый» рейтинг, Сервера получила карт-бланш на сексуальные сцены и графическое насилие — две важные составляющие триллера, которых, например, явно не хватало первому фильму. Планы на ремейк были откровенно наполеоновские: Сервера хотела не просто осовременивать знакомый сюжет, она стремилась слепить абсолютно новую историю — с двумя самостоятельными женскими фигурами, оказавшимися в ловушке схожих смертоносных обстоятельств. Первая «Рука, качающая колыбель» маневрировала на поле созависимых отношений, противопоставляя кристальную честность одной героини свирепой двуличности другой. В фильме Хэнсона няня стала символом порока и соблазнения, библейского змея, проникшего в райское лоно счастливой американской семьи. 

Майка Монро в роли Полли на кадре из фильма Рука, качающая колыбель»

Ремейк, как это часто бывает, осознанно дистанцируется от смыслов оригинала, делая акцент на проблемах ментального здоровья, материнства, домашнего насилия. В новой интерпретации «Руки, качающей колыбель» Кэйтлин становится жертвой послеродовой депрессии, а Полли теряет всех близких людей. Каждую героиню съедает собственная внутренняя трагедия, корни которой ведут к одному и тому же событию в прошлом, разделившему их жизни на «до» и «после». Сервера сталкивает в кадре двух глубоко раненных женщин, объединенных общей детской травмой. Вопреки оригинальному замыслу, Кэйтлин и Полли — не антиподы, а прямые отражения друг друга. То, что одна решила навсегда похоронить, другая взращивала и питала долгие годы. Казалось бы, конфликт неизбежен. Однако за вереницей недомолвок и отсутствующей мотивации теряется вся искра — грандиозному актерскому противостоянию Майки Монро и Мэри Элизабет Уинстед не суждено сбыться. Сюжетные откровения приходят запоздало, когда от хронометража осталось от силы 15 минут. Разобраться в хитросплетении сложных отношений женщин элементарно не хватает времени.

«Рука, качающая колыбель» пытается охватить большое количество действительно важных и острых тем: от послеродовой депрессии до расовых стереотипов и социально-экономического неравенства, однако у зрителей так и не появляется возможности изрядно в них покопаться. По итогу ремейк «Руки, качающей колыбель» ощущается скомканным и поверхностным переосмыслением великого оригинала. Кажется, культ 90-х действительно сложно убить.