Рецензия на фильм «Третья лишняя»: Зои Дойч в мелодраме о неожиданной беременности

Коннор (Джона Хауэр-Кинг) отчаянно влюблен в Оливию (Зои Дойч), давнюю коллегу, которая работает официанткой в ресторане. После нескольких попыток позвать свободолюбивую девушку на свидание та наконец соглашается, и между героями завязываются отношения. Молодые люди наслаждаются временем вместе, но безмятежность рушится из-за неожиданной беременности. Готова ли пара к ребенку? Возлюбленные не успевают как следует смириться с новой реальностью, как на пороге возникает Дженни (Руби Крус) — девушка, с которой у Коннора был секс прямо перед началом отношений с Оливией. Дженни ошарашивает пару новостью: она тоже беременна. Теперь троим предстоит разобраться в своих чувствах и принять непростые решения.

Зои Дойч в роли Оливии на кадре из фильма «Третья лишняя»

Любовные треугольники — топливо лирического кино. От «Свадьбы лучшего друга» до недавней «Материалистки» — история знает немало фильмов, в которых герой или героиня разрываются меж двух партнеров. Режиссер Чад Хартиган, автор «Морриса из Америки» и «Маленькой рыбки», с одной стороны, использует типичный прием жанра, а с другой — намеренно отказывается от клишированного повествования в угоду реалистичной зарисовке запутанных связей и высказыванию о необходимости повзрослеть по щелчку пальца. 

Джона Хауэр-Кинг в роли Коннора на кадре из фильма «Третья лишняя»

В пользу тезиса о том, что «Третья лишняя» — не совсем типичная мелодрама, говорит и отсутствие предсказуемости. История легко могла бы пойти двумя путями: линия с Оливией выстраивается как горько-сладкий роман с девушкой мечты, тогда как история с Дженни отсылает к классическому тропу лжеотношений — героиня притворяется, что Коннор — её парень, чтобы не разочаровать родителей. В обоих случаях хватает искр и химии: зрители, скорее всего, разделятся на два лагеря, с кем Коннору стоило бы в конечном итоге завести семью. 

Джона Хауэр-Кинг в роли Коннора на кадре из фильма «Третья лишняя»

Параллельные линии также утяжеляют сюжет, создавая смутное чувство, будто на экране одновременно разворачиваются два разных фильма. Режиссёр то усиливает драматизм, то полностью меняет динамику отношений между героями: в основном, конечно, речь про Коннора и Оливию, которые катаются на эмоциональных качелях и безуспешно пытаются перестать причинять друг другу боль. Хартиган предпринимает попытку вместить в картину немало тем — от страха близости до сложностей материнства, — но при этом троица не получает заслуженного раскрытия характеров. Фильм сияет в моменты, когда две героини, несмотря на запутанную ситуацию, пытаются поддерживать друг друга, как две будущие мамы, ни одна из которых не планировала заводить ребенка в ближайшее время.

«Третья лишняя» не может похвастаться компактностью и сдержанной интонацией — настроение ленты постоянно колеблется между лёгкой романтической комедией и вязкой меланхолией. Многослойной истории явно тесно в формате полнометражного фильма, а зритель рискует испытать усталость еще до начала титров. Закономерно возникает вопрос: как ощущался бы сюжет в сериальном формате? Беря во внимание тот факт, что качественных ромкомов на телевидении крайне мало, «Третья лишняя» могла бы составить конкуренцию образцам жанра. При всех огрехах и недосказанностях Чаду Хартигану удалось снять неровное, но симпатичное кино о том, что жизнь, как бы нам этого ни хотелось, далеко не всегда идет по плану.