Наверх
Фильмы 2018 Жажда смерти Гоголь. Вий Рэмпейдж Тихое место Тренер Танки Смешарики. Дежавю
Тюнинг хлеборезки.
8 актеров, пожертвовавших зубами ради киноролей
Гляди в оба!
10 самых забавных камео и «пасхалок» 2016-года
Уж замуж невтерпеж.
13 самых завидных невест Голливуда
«Оскары» 2015 года.
Создатели каких картин унесут домой заветные статуэтки
Самые ожидаемые фильмы октября 2014 года.
Горячая десятка. Ожидаемые фильмы октября 2014 года

Рецензия на фильм

В движении

Одиночество бегуна

Герой фильма и одноименного сценария «В движении» – перпетуум мобиле, модный журналист Саша Гурьев (Константин Хабенский). У него груда заказов, он знаком с уймой людей. Четвертая власть на службе у древнейших профессий. Артисты, поп-звезды, шоумены, бандиты, генералы, политики – его недруги и друзья. Порожденный массмедиа столичный истеблишмент скрывает «желтое» происхождение. Те, о ком Гурьев пишет, демонстрирует брезгливость, маскируют зависимость от медийных демиургов, бьют морду, подают в суд «за клевету». Саша добывает «жареные» факты, стучит на «ундервуде», уворачивается от исков и кулаков. Спит урывками, ест на ходу, чистит зубы пальцем, забегает домой сменить сорочку, вертится, как кот на раскаленной крыше. Бегун и ходок, герой оперативен, нещепетилен и одинок.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "В движении"

Покуда Саша пребывал в рамках сценария Геннадия Островского он вызывал не только брезгливость, но и сочувствие. И уважение, когда оказывалось, что дружба герою ценнее сенсации. Герой был единственным, кто обнаруживал доброту к «братьям меньшим», к бездомным песикам и нищим баскетболисткам. В историю о продажном журналюге вваливалась долговязая спортсменка. «Саша, неужто не помнишь, как в Душанбе ты нам под бомбами воду таскал и учил танцевать »ча-ча-ча?« – пожирает она его преданным взглядом. Не лучше чем герой в сценарии выглядела среда обитания от бритоголовой охраны до стриженных ежиком реформаторов и богемы. (Последнюю в фильме воплощает тусовка. Федор Бондарчук, Аврора, Анастасия фон Калманович и др. по-видимому играют самих себя.) Все были хуже и напоминали о том, что Гурьев – потомок героев Данелии и Феллини, и его родители не какие-нибудь мама-анархия и папа стакан портвейна, а, если угодно, «Сладкая жизнь» и «Осенний марафон».

Кадр из фильма

Кадр из фильма "В движении"

Сохранив фабулу и диалоги Янковский заметно снизил пафос общей судорожной бестолковости и превратил Гурьева в козла отпущения, вольно или невольно выступив в многоголосье против четвертой власти. Режиссер нашел »стрелочника«, перевел движение на другие рельсы и как бы вменил его в вину главному персонажу, явно не собираясь серьезно задевать основы самое тусовки. Киношный Гурьев хуже, слабей, бесталанней и невразумительнее сценарного. Актеру Хабенскому либо были нужны ежовые рукавицы, либо он получил задание играть отстойного субъекта с пустыми глазами, живущего в роскошных апартаментах, жалующегося на безденежье и не особенно красноречиво страдающего от бессмысленности бытия. В не лучшем положении оказались баскетболистка и телережиссер (Михаил Ефремов), добавлявших »человеченки«. Теперь публика прсто потешается, веселится там, где раньше предполагались кое-какие психологические бездны или иной социальный контекст. Вульгаризируя, Янковский разрушил наиболее точные эпизоды. Культурная традиция дегенерировала до эстетики теле-»Аншлага«. Фрески по типу »Сладкой жизни« не получилась, кино-Гурьев в отличие от Бузыкина жалости не вызвал.

Янковский, снявший более 150 видеоклипов, добежал до картин полного метра и с точки зрения формы сделал фильм грамотно и, в соответствии с названием, динамично. Однако быстрый короткий монтаж, который склонны расценивать, как наконец-то нашедшийся общий язык с кинематографом Европы, вряд ли вернет славу нашему кино. Во всяком случае – в описываемом виде, если будет обслуживать вторичные сюжеты и невнятность авторской мысли. »Я хотел показать моральное состояние человечества, как это мог бы сделать народный певец-сказитель 2000 года«, – сказал Феллини, защищая от нападок »Сладкую жизнь«. Но через 50 лет в роли сказителей оказались дети народных артистов СССР. И сказки у них выходят такие, как у Филиппа Янковского.

Кадр из фильма

Кадр из фильма "В движении"

Бегущий человек появлялся в советском кино, когда какая-либо прослойка обнаруживала несовпадение с реальностью. Чаще остальных бегали склонные к самокопаниям интеллигенты. Начиная с »Необыкновенных приключений мистера Веста в стране большевиков« бег стал психологическим и социо-культурным жестом рвущейся к свободе личности. Жуликам с прозрачными титулами из фильма Кулешова не нравилась советская власть. Герои »Осеннего марафона« и »Полетов во сне и наяву« переживали кризис среднего возраста застойных времен. Но что, кроме профессионального ажиотажа, гонит Гурьева вперед – неясно. Шельмовать репортера за динамичность – что возмущаться коровой, беспрестанно жующей, дабы давать молоко.

В финале »Полетов во сне и наяву«, не привязанный к жизни ни талантом, ни любовью, ни дружбой герой скручивался под стогом сена. Гурьев не может остановиться. Он мчится по вагонам набирающего ход поезда, чтобы приблизиться к оставшейся на перроне девушке своей мечты. Ее играет Оксана Акиньшина, героиня »Сестер" Сергея Бодрова, цельная особа, готовая отдать жизнь за родство, справедливость и мечтающая стать снайпером.

Писаку цинично призывают вспомнить, что он мужчина, и отправиться на войну?

Похоже, что соединив лица этих актеров режиссер так и не смог решить, что делать с Гурьевым и на всякий случай вернул его уютной статике телесериалов, в которых Хабенский – почти национальный герой.

 124



Нравится материал?

Может быть, вас это заинтересует?


Подпишись на нас и будь всегда в курсе!

Не хочу больше это видеть