Рецензия на фильм «Август» — сумбурный военный триллер по великому роману Владимира Богомолова «Момент истины»

1944 год, освобожденная территория Беларуси. Лейтенант Андрей Блинов (Павел Табаков) попадает в отряд к двум контрразведчикам из Смерша: импульсивному Таманцеву (Никита Кологривый) и рассудительному капитану Алехину (Сергей Безруков). Вместе им приходится днями рыскать по лесам в поисках вражеских агентов. Ситуация усложняется тем, что прячущиеся в чаще фашисты что-то замышляют: в эфир регулярно выходит радиостанция с позывными «КАО». Кажется, немцы хотят остановить контрнаступление. Если Алехин и его отряд не найдут разведчиков, Советская армия рискует провалить всю войну.

Никита Кологривый в роли Евгения на кадре из фильма «Август»

«Неэкранизируемая литература» — вовсе не журналистское клише, и «Момент истины» это подтверждает как никогда. В случае романа Владимира Богомолова речь идет не столько о попытке пересказать лихо закрученный детективный сюжет, сколько о переработке целого языка повествования. Классический триллер про разведчиков больше напоминал вязаный ковер из длинных монологов героев, военных документов и перехваченных радиопередач. По форме это тяжеловесный модернистский роман, который почти невозможно в точности перенести на экраны. В книге нет главного героя, а вместо привычных для военного жанра перестрелок и погонь — главы о рутинном быте разведчиков, которые днями сидят на чердаках и в сырых ямах. Худшее, что может произойти с настолько самобытным первоисточником, — появление на горизонте больших продюсеров и гигантских бюджетов. Это и случилось.

В «Августе» прилежно переносят на экран все ключевые события книги: шастания по лесам в поисках окурков и огуречных огрызков, поимку подозрительной бабушки на вокзале, засаду на хуторе в ожидании диверсанта и великий финальный эпизод с вылазкой в чащу, где герои встречаются с подозрительной троицей солдат. Правда, в фильме Константина Эрнста все эти происшествия совершенно не работают на целостность истории. Нам показывают разрозненные, пускай и занимательные скетчи из жизни разведчиков. Но тонально они никак не соответствуют первоисточнику.

Павел Табаков в роли Андрея на кадре из фильма «Август»

Например, в романе Богомолова важную роль играло время: мы следили за тем, как герои долго и мучительно ищут иголки в стогах сена и тратят дни на слежку — хотя шансы, что это продвинет ход расследования, минимальные. В фильме такой проблемы нет: стоит юному Блинову в первый же день работы на Смерш оказаться в лесу, как он натыкается там на разбитый немецкий самолет, трупы и хутор. А место выхода в эфир Таманцев обнаруживает за считаные минуты. Так создатели лишают оригинальную историю, пожалуй, ее главного достоинства — скуки. Во время просмотра мы не ощущаем монотонность и рутину разведчиков. Зато с лихвой получаем экшена в первые минуты: герой Никиты Кологривого, словно Макс Пэйн, в прыжке стреляет во врагов с двух рук, а затем прокатывается на коленях по гильзам.

Допустим, фильм по классике не обязан воспроизводить атмосферу оригинала. Но как тогда смотрится «Август» в отрыве от книжного первоисточника? На протяжении двух часов герои куда-то ездят, кого-то допрашивают или за кем-то следят, сделав какие-то выводы, отправляются на новую точку. Как эти точки и квесты связаны — непонятно. У фильма вообще большие проблемы с деталями: авторы как бы подразумевают, что публика помнит роман Богомолова, поэтому многие факты — вроде природы найденного в лесу огурца и бэкграунда второстепенных, но важных персонажей — остаются либо проговоренными вскользь, либо вообще за кадром. В итоге зрителю известно лишь то, что, если не остановить нацистов, зло победит. Но для погружения в сюжет этого недостаточно: результат Второй мировой, как ни странно, уже давно не сюрприз, поэтому вряд ли во время просмотра зритель будет всерьез переживать за успех советских контрразведчиков — они уже по умолчанию победили.

Сергей Безруков в роли Павла на кадре из фильма «Август»

Отсюда и другая проблема фильма: сюжету отчаянно не хватает главного героя. В романе Богомолова его тоже не было, но благодаря монологам мы узнавали про каждого персонажа — и невольно симпатизировали всем троим. Создатели «Августа», кажется, тоже хотят, чтобы в фокусе оставался целый отряд. Поэтому сначала они рассказывают историю глазами неопытного Блинова, чтобы зритель вник в специфику контрразведки. Затем отправляют нас по кошмарам Никиты Кологривого: у него трагедия с матерью (читать — совестью). А потом Алехин получает письмо и узнает, что у него заболела дочь. В итоге ни одна из этих линий никак не разрешается, и сюжет просто витает в воздухе: мы не знаем, чьими глазами смотрим на события, и тем более не понимаем, о чем это кино — не о великой же победе, в конце концов?

Нестандартный и уникальный текст Богомолова на экране становится все более и более пошлым. И даже фигуры гениальных разведчиков донельзя упрощаются. Теперь Алехин разгадывает тайны не с помощью знаний по геологии, которые он получил на гражданке, и способности за считаные секунды анализировать язык тела и сведения из документов — его просто натаскали на распознавание лиц, и теперь он соотносит фотороботы как вычислительная машина. А Таманцев, вопреки своей физической силе и умению раскалывать даже самых опасных шпионов, до финала остается крепко сложенным балагуром-весельчаком.

Да и сам фильм превращается в один большой студийный алгоритм. Кологривый — снова в роли рубахи-парня, Безруков — опять мечтательный старшина с червоточиной в душе, Табаков — в очередной раз шпана, немцы — снова обезличенные темные фигуры в лесу, а в конце, куда уж без этого, и свои, и чужие встречаются на кровавом побоище. Пускай Богомолов писал о тихой, незамеченной победе контрразведчиков — у Эрнста это кино о том, что птицы фрицам не поют, а русский парень в воде не тонет. Буквально фильм, насквозь сшитый из банальностей, статусов «ВКонтакте» и патриотических частушек. Это и есть современное российское кино в его худшем проявлении: шумное, красочное, пафосное — а сказать, по сути, и нечего.